Газета «Саров» Здесь могла быть
ваша реклама!
Здесь могла быть
ваша реклама!

Газета «Саров» - Эксклюзив для «Сарова» - 70 метров под землей

70 метров под землей

- …Ну, как там? – вопрос бойкой девушки в коротеньких шортах и не по размеру большой телогрейке вызвал тишину в комнате, только что шумевшей возбужденными голосами экскурсантов. Очередная группа готовилась к посещению шахты, облачаясь в тяжелые телогрейки и неоновой расцветки каски. Из-под них на тридцатиградусной жаре струйкой начинал стекать пот. Час назад я испытывала то же самое, не веря, что в такую погоду можно замерзнуть. А вот теперь, вернувшись оттуда, заледеневшими пальцами пыталась справиться с несложными конструкциями на комбинезоне. Перед «погружением» мне его одолжил какой-то сердобольный шахтер, когда увидел, что вниз я собралась в шортах… - Ну, как там?! Страшно? Красиво? – все допытывалась девица с голыми коленками. - Впечатляет, – первое, что пришло в замерзшую голову. - И это все?! – удивилась приставучая, прилаживая к своей каске шахтерский фонарик, словно бантик. - Нет, не все, – я наконец-то закончила свой стриптиз на глазах ожидающей публики. – А еще там… К счастью, в этот момент группу позвали на экскурсию, и мне не пришлось заканчивать фразу, так многообещающе начатую. Честно говоря, я не знала ее концовку. Ну, как одной фразой или даже несколькими охарактеризовать все то, что мы увидели и испытали на глубине семьдесят метров под землей, когда спустились в шахту, где еще с 30-х годов прошлого века добывают самый чистый в России гипс. Да что там! Говорят, что такого чистейшего гипса, как в поселке Пешелань (это в десятке километров от Арзамаса), нет во всей Европе. Иностранцы уже давно подбивают клинья, чтобы заполучить лакомый кусочек. Но, как шутит начальник шахты Федор Николаевич Ваганов, любезно согласившийся быть нашим экскурсоводом, эта уникальная шахта – курица, несущая золотые яйца. Кто ж продаст такую курицу?! ПЛЮС СЕМЬ Честно говоря, я не сразу поняла: где те самые золотые яйца? Я все заглядывала в вагонетки, пытаясь на дилетантский глаз определить ценность какого-то белого камня, напоминающего колотый сахар. И увлекшись, чуть было не отстала от группы. Меня окликнули: - Нам сюда. Там, – показал рукой Ваганов, – старый ствол шахты. Мы его как памятник сохранили. Нет, им пользоваться нельзя – небезопасно. Дело в том, что он был укреплен деревом. А новый ствол (кстати, его нам пробили метростроевцы, и было это в 1996 году) укреплен уже железобетоном и приспособлен под автотранспорт... Ну, прошу в шахту! – открыл перед нами дверь начальник, и мы шагнули в мир, где всегда царит тьма и температура держится на одной отметке +7. По этому поводу кто-то в группе пошутил: - Как в холодильнике… Спускаясь по наклону в глубь шахты, мы тут же начали ощущать мощное дыхание земли, которое усиливалось буквально с каждым шагом. Такое впечатление, что где-то у самого ядра земли работает космических размеров пылесос, всасывающий слабых людишек, идущих друг за другом гуськом по белому коридору, обсыпанному, словно мукой, гипсовой пылью. Пронизывающего сквозняка, кажется, не замечал лишь Федор Николаевич. Он шел впереди и добросовестно исполнял роль экскурсовода: - Сегодня на гипсовой шахте круглосуточно работают сто сорок человек. Мы ведь сами и обуриваем, и взрываем, причем ежедневно, – не без гордости просвещал он нас на ходу. – В свое время нашу шахту посетил покойный митрополит Нижегородский и Арзамасский Николай. Он, между прочим, прошел всю шахту, дойдя непосредственно до очистных забоев, а когда вышел на поверхность, сказал: «Труд шахтера тяжелый, сложный, опасный». И пожелал поставить часовенку, в которой регулярно ведутся службы… Вообще, когда я пообщался с митрополитом Николаем, почувствовал такое облегчение. Не человек, а чудо! Как было уже сказано, шахта уходит под землю на семьдесят метров. От входа до мест, где ведутся работы, – три с половиной километра. А если вытянуть в одну линию все «рукава» выработки, получится более ста семидесяти километров… Я пыталась представить всю глобальность и размах этого подземного сооружения, когда мы спускались вниз по главному откаточному штреку, и у меня захватывало дух. Еще и потому, что было как-то страшновато. Ведь то и дело слышишь об авариях и гибели шахтеров. - У нас, слава Богу, такого не было, – успокоил Ваганов. – Мы ведем работы строго по проекту, а самое главное, вся наша система рассчитана с шестикратным запасом прочности. И потом, в нашей шахте нет взрывоопасного газа метана, который в угольных шахтах и становится причиной ЧП. Мы ведь гипс добываем. И здесь можно даже курить… УНИКАЛЬНЫЙ МУЗЕЙ Главная достопримечательность гипсовой шахты – свой музей. Или, если полностью: «Музей горного дела, геологии и спелеологии». Единственный на всю Европу, что находится не на земле, а под землей. И не просто под землей, а еще и в действующей шахте. Поглядеть на эту диковинку в Пешелань приезжают со всего света. В общем, экскурсионные группы сюда текут нескончаемым потоком. Вот и катятся в прожиточную кошелку шахты дополнительные «золотые яйца»… По словам Федора Николаевича, музей был создан за два с половиной месяца руками самих горняков. Образ музею придавали приглашенные художники и скульпторы. Идея его создания принадлежит владельцу шахты Виктору Семеновичу Лаврову. Разумеется, мы тут же поинтересовались: родственнику министра Лаврова? Вместо ответа Ваганов хитро улыбнулся... - Музей начинался с трех залов, – продолжил Федор Николаевич, – а по мере возникновения новых идей разрастался, и сегодня он занимает площадь более двух с половиной тысяч квадратных метров. Когда к нам приезжают иностранцы, они удивляются естественности всего, из чего сделан музей. Ведь его уникальность в том, что его кровля, стены, пол или, как мы говорим, подошва имеют свой естественный вид. Искусственные здесь разве что манекены… Манекен горняка в натуральный человеческий рост толкал проржавевшую горняцкую вагонетку, доверху груженую искристыми, как снег, глыбами. - Это и есть гипсовый камень, который мы здесь добываем, – пояснил экскурсовод. – В этом зале горного дела представлены документы, архивы, рассказывающие о том, как все здесь начиналось… Видите, шахтеры добывали породу вручную, грузили на вагонетки, и к лебедкам их везли лошади, а уже лебедки поднимались на гора. Кстати, лошади, которые работали в шахте, так и жили здесь. Их уже нельзя было выводить на поверхность. Они моментально слепли. Ну, конечно, и жили они по три-четыре года. От непосильного труда гибли. И только в 1961 году, когда провели модернизацию шахты и были пущены первые электровозы, лошадей перестали использовать под землей… Посмотрели? Пойдемте в следующий зал… Сколько всего в музее залов, я, конечно, не считала. Но для того, чтобы обойти его, нам понадобилось… Впрочем, я и времени не замечала. Не до этого было. Мы успевали только рты открывать и наперебой спрашивать: а это что? А это кто? Забегая вперед, скажу: нас сразил и сам музей, и размах фантазии его создателей. И, конечно, тот факт, что он расположен в действующей шахте. Об этом периодически напоминал издалека доносящийся звук проезжающего дизелевоза… Шахта работала привычным для нее графиком. Как сказал Ваганов, в сутки горняки добывают до семисот тонн породы. ЧТО ТАКОЕ ШУНГИТ Сначала я не придала никакого значения тому, что Ваганов произнес: «А это тот самый шунгит». Более того, я вообще проигнорировала черный, невзрачный на вид камень, лежащий под витринным стеклом. - Шунгит – это горная порода, – терпеливо объяснял Ваганов. – Довольно редкая. Единственное во всем мире месторождение шунгита находится в Карелии. А самое главное, он обладает уникальными свойствами. Во-первых, используется практически во всех отраслях промышленности. А во-вторых, специалисты утверждают, что шунгит – чуть не панацея от всех человеческих бед. Все, что вредит людям и живым существам, этот камень убивает, а все, что полезно, – концентрирует и восстанавливает. - Что, извините, восстанавливает? – с этого момента я не отрывала глаз от черного камня. - Мужскую силу, например, – Федор Николаевич был абсолютно серьезен. – Я когда эту фразу произношу гостям шахты, мужчины сразу начинают: ну, все, мы здесь остаемся! А я их спрашиваю: мужики, неужели у вас все так запущено? Обычно эта шутка нравится женщинам – они смеются, вот как вы сейчас. А остальные – на ус мотают… Из шунгитова камня хорошо делать бутылочки и стаканчики для воды. Она в результате очищается. Я сам пробовал. - И как? - Вкусно. Вода получается чистейшая. А еще говорят, что таким образом хорошо очищать… водку. Она получается – во! – выгнул большой палец Федор Николаевич. В завершение всего сказанного Ваганов пригласил нас в шунгитовую комнату, где отдыхают горняки. Перед входом на стене висела табличка: «За месяц вы побывали в такой комнате три раза по двадцать минут, значит, вы отдохнули двадцать дней в Сочи». Если верить написанному, то получается, что мы, посидев и отдохнув в шунгитовой комнате несколько минут, побывали в Сочи примерно дней пять. Кстати, сам Ваганов регулярно посещает этот «Сочи». «И что? – поинтересовались мы. – Результаты есть?» «А как же, – улыбнулся начальник шахты. – У меня все нормально. Причем во всех отношениях». ШАНЦЕВУ ПОНРАВИЛОСЬ Холод и сильная влажность подземелья все-таки сделали свое дело. В самый ответственный момент, когда экскурсовод знакомил нас с очередным залом, я вдруг разразилась неудержимым чихом. «Неужели уже простудились? – Ваганов был участлив. – К сожалению, у нас с этим делом проблем нет. Правда, горняки чаще болеют радикулитом – это издержки профессии шахтера. Сквозняки – никуда не деться». - А это, наверное, хозяйка Медной горы? – мы остановились у высоченной (метра три - не меньше) скульптуры сказочной царевны. - Нет, – ответил Федор Николаевич. – Это хозяйка Гипсовой горы. Она охраняет зал геологии, где представлена уникальнейшая коллекция из двухсот шестидесяти видов минералов. Можно сказать, здесь присутствует вся таблица Менделеева, но – в породе. Когда к нам приезжают профессиональные геологи, они нам завидуют: здесь и золото, и платина, и…глина-камень. Кстати, эта скульптура оленя – символа Нижегородской области - очень понравилась Шанцеву, когда он посетил наш музей. Некоторые экспонаты нам подарены Санкт-Петербургской горной академией. Точнее сказать, проданы. Когда камни были уже у нас, академики вдруг поняли, что они ошиблись в цене в десять-пятнадцать раз, но отбирать экспонаты не стали. К нашему удивлению, устроители музея оказались людьми с неудержимым чувством юмора. В одном из залов они разместили… «Рай». Правда, рай под толщей земли выглядит не так, как мы привыкли его представлять. Впрочем, никто ведь не знает наверняка, как там на самом деле? В общем, «Рай по-горняцки» выглядит так: за грубо сколоченным столом на лавках расположилась веселая компания полуобнаженных красавиц во главе с морским пиратом. Они играют в карты, причем в самые что ни на есть настоящие. Откровенно говоря, я не сильна в карточной игре, но, судя по тому, что пластмассовые пальцы пирата сжимают одни «тузы», его напарницам хронически не везет. Не мудрено, что при первом прикосновении у них отчаянно отваливаются кукольные ручки. Короче говоря, из всего увиденного я сделала только один вывод: мужиков не исправит даже рай. ДРАКУЛА По логике вещей, рядом с раем должен быть и ад. Так сказать, для равновесия. И мы не ошиблись. В пещере, где течет «река ужасов», кровавыми ртами, которые для придания театрального эффекта очень удачно подсвечиваются прожекторами, скалились сам Дракула, Вампирша и еще черт знает какая нечисть. Сказать, что этот зал оставил во мне неизгладимый след, значит – ничего не сказать. Когда возле меня вдруг захохотал утробным голосом Дракула, я чуть в обморок не хлопнулась. - Не пугайтесь так, – начал успокаивать Ваганов. Ему стало неловко за свою шутку. Дело в том, что пока я увлеченно рассматривала «реку ужасов», начальник шахты нажал на кнопку, расположенную на ненасытном брюхе вампира. Федор Николаевич не подозревал, что в нашей группе окажутся слабонервные. Словно в свое оправдание, Ваганов провел нас в зал, где умиротворенно шумела горная река, а возле нее, на искусственном бережку, расположились спелеологи. Не отрываясь, они смотрели на костер и думали о чем-то о своем… Все выглядело настолько натурально, что я поймала себя на мысли, что пытаюсь уловить писк комара. А дальше были: «Мир каменных пещер», зал прикладного искусства, зал камнерезов… Из музея мы вышли выжатые, как лимон. ШАМПИНЬОНЫ Однажды во время посещения шахты губернатор Шанцев спросил у Лаврова: а что, если вам начать использовать выработанные пространства в других целях? Например, для выращивания шампиньонов. На что владелец шахты ответил: сделаем, Валерий Павлинович. Вот так и появилось на шахте еще одно производство, приносящее свои «золотые яйца». - Здесь ведь климат как раз походит для выращивания шампиньонов, – рассказывал Ваганов, стоя возле пластмассовых ящиков, заполненных белыми мясистыми грибами. С одного квадратного метра получаем тридцать восемь килограммов грибов. Все грибные профессионалы удивляются: такого не может быть!? Максимум, что можно получить с такой площади, двадцать пять килограммов. В чем, мол, ваш секрет? А мы ничего и не скрываем: у нас влажность высокая, температура постоянная. Лучшего микроклимата для шампиньонов и не придумать. И поливаем мы грибы только кипяченой водой. Отсюда и гриб у нас чистый и такой большой, не то что польский, из магазина. Наши грибы можно есть в сыром виде. Федор Николаевич взял из ящика самый толстый гриб и отправил в рот. Он разжевывал его с таким удовольствием, что мы решились последовать примеру, тем более что нам настойчиво предлагали угоститься грибом прямо с грядки. По вкусу сырые шампиньоны напоминали слегка недозревшие орехи. - А нам потом ничего не будет? – поинтересовались мы, хотя, в общем-то, было уже поздно. - Да что вы! – жевал следующий гриб начальник шахты. – Сырые шампиньоны организм чистят. Показывая грибные плантации, Ваганов хвалился: в скором времени за год они будут иметь до шестидесяти тонн шампиньонов. И это только с одной из трех секций. Экологически чистыми грибами уже заинтересовалась Москва, очередь, как сказал начальник шахты, за Саровом. Глядишь, и в скором времени саровчане будут покупать необыкновенные шампиньоны, выращенные под семидесятиметровым слоем земли в шахте, что, словно курица, несет «золотые яйца». И ДАЖЕ ФОРЕЛЬ… Впереди забрезжил слабый свет выхода из шахты, бодренько пробежал мимо нас дизель с очередной партией гипса, и мы начали подниматься по наклонному туннелю к поверхности, чувствуя, как в лицо снова бьет сильный «сквозняк». Вроде бы все прошли, все потрогали, все чудеса увидели, но… -…Совсем скоро мы будем еще и форель выращивать, – продолжал удивлять нас Федор Николаевич. Он подвел нас к каналу, практически уже готовому к пуску воды. – Вот здесь и будет расти форель. Все условия для нее уже созданы. Первую партию рыбы планируем запустить в июне. Приезжайте, – прощаясь, пожимал нам руки начальник шахты, – на нашу форель посмотрите. У всех она горной называется, а у нас будет – пешеланьская… *** Боже ты мой, как же хорошо на белом свете – солнышко греет, птички поют, а над головой не семьдесят метров тяжкой «породы», а бездонное синее небо. А ведь люди из года в год – всю жизнь – работают под землей. Недаром на памятнике шахтеру, что стоит при входе на шахту, высечены слова о том, что лишь смелые духом, сильные люди могут тут работать… Мы сдали на склад каски и фонари (по ним ведется строгий учет – «под роспись» – спускающихся в забои), попрощались с неунывающим энергичным Вагановым и отправились в обратный путь. И мне подумалось: мы ездим в дальние края, ищем экзотики, а тут, рядом с Саровом, живет своя экзотика, свои подземные чудеса, но многие ли горожане знают об этом, многие ли побывали здесь? Мы побывали. И обязательно поедем смотреть, как шахтеры станут «запускать» производство форели. Пешеланьской…
Елена Кривцова

Опубликовано 13 июня 2007г., 16:14. Просмотров: 3027.

Комментарии:



Эту заметку пока никто не комментировал.



Чтобы использовать комментарии, необходимо зарегистрироваться и/или авторизоваться ВКонтакте.

© 2007-2021 - Газета «Саров». 16+. Главный редактор - М.Ю. Ковалева.
Перепечатка возможна только с разрешения редакции. Ссылка на gazeta-sarov.ru обязательна.
Дизайн - Анна Харитонова. Разработка и поддержка - Олег Клочков.
ТИЦ Яндекс.Метрика