Газета «Саров» Бесплатные объявления Медицинский центр «Академия здоровья»

Газета «Саров» - Культура: Aрхив за март 2009 года

Голос в эфире

18 марта 2009г., 00:26
В нынешнем году «сошлись» два интересных юбилея. Во-первых, 16 марта исполнилось 150 лет со дня рождения выдающегося российского ученого, изобретателя радио, Александра Степановича Попова. Попов был очень патриотично настроенным человеком. «Вся моя деятельность для России и ради России», - говорил он. А деятельность эта была высоко оценена и в России, и в мире еще при жизни талантливого ученого. Ему была присуждена премия Русского технического общества, высочайше пожалована премия «за непрерывные труды по применению телеграфирования без проводов на судах флота», он был награжден Большой золотой медалью Всемирной промышленной выставки в Париже (1900 год), орденами Российской империи, избран почетным членом Русского технического общества, почетным инженером-электриком и президентом Русского физико-химического общества. А во-вторых, исполнилось 90 лет со дня первой передачи человеческого голоса по радио. В феврале 1919 года впервые вместо сигналов азбуки Морзе в эфире зазвучали слова человеческой речи: «Алло, алло. Говорит Нижегородская радиолаборатория…»
Просмотров: 1245. Прокомментировать

«Не кушавши… В духе коммунизма…»

18 марта 2009г., 00:30
10 марта в России отмечался День архивов. В марте (по новому стилю) 1720 года Петр Великий подписал первый в России государственный акт – «Генеральный регламент или Устав», который определил основы организации государственного управления в стране и ввел во всех государственных органах власти архивы и государственную должность актуариуса (архивариуса), которому надлежало «письма прилежно собирать, оным реестры чинить, листы перемечивать...». Реформы Петра I и положили начало государственной архивной службе России. Человеку, далекому от истории, от архивного дела, даже представить себе трудно какие замечательные, забавные, трагические и необычные свидетельства времени хранятся в многочисленных архивах в разных уголках России. Порой из архивной пыли появляется на свет пожелтевшая, рвущаяся на сгибах бумага, которая говорит о своем времени больше, чем многочисленные страницы исследований и ученых рассуждений. Вот такую бумагу отыскал недавно в недрах нижегородского архива наш добровольный помощник, замечательный архивист Игорь Макаров. Зима послевоенного 1946 года, нижегородская глубинка, сельская школа…
«Секретарю райкома ВКПБ тов. Середину от зав. нач. школой №26 Фатильевой
заявление.
Убедительно прошу Вас, тов. Середин не относиться формально к моему заявлению, как это сделал Райторготдела. Видимо, Стайцев будет индивидуально относиться в том случае, если 4 дня будет работать, не кушавши ничего. Неужели не доходит до сознания его, что я работаю учителем, не кушавши от XI; вероятно по принципу Володарского Райторготдела: «кто работает, тот не ест». Кто дал такое право издеваться так над людьми, которые воспитывают подрастающее поколение в духе коммунизма, а к детям так формально не относятся. Тов. Середин, ведь поймите, что мы работаем при Военторге, ничего у нас нет абсолютно, детей обслуживаем рабочих Военторга, так где же в конце концов правда? Начальник Военторга ничего против не имеет, Облторготдел предлагает рассмотреть и учесть все Райторготделу; а в Райторготделе лишь дают формальные ответы, чтобы учителя «отвязались». Я не «привяжусь», если бы я не сидела 4 дня не кушавши. Если я от вас сегодня не получу помощи, после дня Сталинской конституции я школу закрываю, пусть судят за нежелание не евши работать.
4 XII – 46 года. Зав школой Фат…»
Шестьдесят с лишним лет лежала жалоба сельской школьной учительницы среди массы других бумаг в толстых архивных томах. Горькая примета времени, моментальный снимок эпохи. Зима послевоенного 1946 года, нижегородская глубинка, сельская школа… А какие строчки всплывут на свет в руках пытливого археолога архивных раскопок еще через шесть десятков лет? Может быть, коллективное письмо учителей «некомплектной» сельской школы «в верха» со слезной просьбой не закрывать «неперспективную» школу «неперспективного села»?..
Просмотров: 1470. Прокомментировать

Саровские писатели – саровским читателям

18 марта 2009г., 00:35
Типография ВНИИЭФ выпустила сборник стихотворений саровской поэтессы, председателя литобъединения «Радуга» Анны СУСЛОВОЙ «ДОМ». В книге опубликованы стихи разных лет. Стихотворения объединены в два основных раздела – «Времена года» и «Времена жизни». Дизайн книги Татьяны Андреевой. Тираж - 450 экз. В нижегородской типографии «Поволжье» увидел свет, подготовленный Анатолием АГАПОВЫМ и Натальей ФАЙКОВОЙ, очень интересный альбом «Саров. От прошлого к настоящему» Главная «изюминка» альбома в том, что Саров показан в нем как бы в двух временных плоскостях. Рядом с фотографиями разных уголков Сарова начала и середины XX века помещены фотографии начала XXI-го, что позволяет совершить своеобразное путешествие во времени. Тираж для такого издания небольшой – всего 500 экз., так что со временем этот альбом станет библиографической редкостью. Сразу три книги саровского автора Сергея КРЕМЛЕВА (С. Брезкуна): «10 мифов о 1941 годе», «Зачем убили Сталина», «Имя России – Сталин» издает престижное московское издательство «ЭКСМО». Кстати САРОВ ЗАМЕТИЛИ На днях официальный сайт национальной литературной премии «Большая книга» сообщил, что в номинационном списке среди наиболее активно представленных российских городов наряду с такими мегаполисами, как Москва, Питер, Новосибирск и т.д. значится и наш маленький Саров. На соискание крупнейшей российской литературной премии «Большая книга» выдвинуто 384 произведения. Авторы каких книг или рукописей участвуют в конкурсе, не сообщается, но сам по себе факт активного участия в нем Сарова говорит о том, что количество и уровень профессиональных писателей в городе вышел на достаточно высокий уровень. Все произведения-соискатели поступили на рассмотрение Совета экспертов, возглавляемого прозаиком и критиком Михаилом Бутовым. По традиции, «Длинный список» премии будет объявлен экспертами в апреле, а «Список финалистов» - в мае. Так что у саровских любителей хорошей «местной» литературы есть причина «поболеть за своих». Кроме того НАШЕГО ПОЛКУ ПРИБЫЛО Буквально перед выходом газеты стало известно, что в Союз писателей России принят еще один житель Сарова – прозаик и публицист Иван ЧУРКИН. Иван Николаевич пишет замечательные очерки, рассказы, эссе, которые публиковались как в местной печати, так и в центральных журналах. И прием в члены Союза, можно сказать, лишь формальное подтверждение его давно признанного литературного дара. Поздравляем!
Просмотров: 1751. Прокомментировать

Почтовая Улыбка

18 марта 2009г., 00:52

Надя ФУРСОВА - одна из самых юных обучающихся «ЛИТОШКи». Удивительная, талантливая, умная, работоспособная девочка. Сочиняет стихи и прозу. На «отлично» учится в музыкальной и общеобразовательной школе, посещает наше литературное объединение, участвует во многих конкурсах. Кажется, что в надюшиных сутках не менее 40 часов, потому что она всё успевает. Во многом успехам Нади способствуют добрые, заботливые, любящие родители. Хорошую базу заложила и первый учитель – Татьяна Валерьевна Стрижова. Учится Надя в 5 «Б» классе школы № 16. Я верю, когда она вырастет, то непременно прославит и школу, и «ЛИТОШКу», и родной Саров.

Марина ЗУБОВА, руководитель «ЛИТОШКи»

ПОЧТОВАЯ УЛЫБКА (История случайной находки) В нашей домашней библиотеке много книг. Я люблю их разглядывать, листать, особенно старые и толстые. Эти книги – свидетели и рассказчики многих интересных историй, происшествий и событий. Однажды мне на глаза попался объёмный фолиант с пожелтевшими страницами. Я открыла его и вдруг наткнулась на старые почтовые открытки. Они не были похожи на современные с готовыми дежурными стихами, которые пишут по шаблону чужие, незнакомые нам люди не от души. Эти открытки были совсем другими, и чувствовалось, что им не один десяток лет. Мне стало очень интересно, кто, когда и кому их дарил... На одной были изображены конники, скачущие на фоне зари. Я сразу же вспомнила стихи Михаила Светлова «Гренада»: Мы ехали шагом, Мы мчались в боях И «Яблочко»- песню Держали в зубах… Конники были вписаны отдельным полотном на белом поле открытки, ниже шла надпись: «С праздником!», а ещё ниже и правее скачет на игрушечной лошадке мальчик в будёновке с красной звездой, в его руке - сабля с острым клинком. Такая открытка скорее всего предназначалась для поздравления с Днём Советской Армии, с тем праздником, который мы теперь называем Днём защитника Отечества. Раскрываю открытку и точно: «Дорогой папа! Поздравляю тебя с Днём Советской Армии! Желаю крепкого здоровья и успехов в работе. Твой сын Юрий». Оказывается, это поздравление моего папы–первоклассника для дедушки Ивана Кузьмича. Папа давно вырос, обзавёлся семьёй, сам стал папой, его уважительно называют Юрий Иванович, а в этой открытке будто бы сохранилась память о детстве маленького Юрика. Эта открытка, словно привет из прошлого… Сейчас мы чаще и чаще поздравляем друг друга по телефону - звоним, шлём СМСки, но звонок и сообщение нельзя сохранить надолго, как открытку. От звонка не веет такой красотой, как от открытки, его не потрогаешь, нельзя перечитывать долгими зимними вечерами и вспоминать приятные мгновения своей жизни. Эти забавные старые открытки так заинтересовали меня, что я решила покопаться в истории открытки. Для начала открыла «Толковый словарь русского языка» Ожегова и прочитала: «Открытка – почтовая карточка для открытого (без конверта) письма». Оказалось, что как раз в нынешнем году открытке официально исполняется 140 лет. Хотя дата эта условна, ведь идея создания почтовой карточки оспаривается Германией и Австрией. Впервые она была публично озвучена генеральным директором почты Северогерманского союза Генрихом фон Стефаном 30 ноября 1865 года, а позднее, в январе 1869 года, подобная идея выдвигалась профессором из Вены Эммануилом Германом. Но так как в России первая почтовая карточка появилась 26 марта 1872 года, именно 26 марта мы и отмечаем День рождения открытки. Из книг я узнала, что коллекционирование открыток называется филокартией. Существует и целая наука, изучающая историю, эстетику и символику открыток - делтиология. В разных странах выпускали разнообразные открытки. В Японии, например, открытка была двойной, то есть вовсе не открытой, как ей положено, а в США, где первые открытки стали продавать в 1893 году, их не посылали по почте, они играли роль сувениров. А самая старая открытка в мире хранится в Британском музее в Лондоне. Эта «валентинка» датируется XV веком. Но широкое распространение открытки получили в конце XVIII - начале XIX века. Расписывались они художниками вручную. Материал, из которого они были изготовлены, - кожа, бархат, сухие цветы, бисер. Были эти открытки хороши, но достаточно хрупки, поэтому не посылались по почте, а передавались из рук в руки, из поколения в поколение. Печатная почтовая карточка появилась в 1878 году. Она была выпущена очень малым тиражом – 1000 экземпляров. До нашего времени дошло лишь двенадцать штук. Интересно, что первая рекламно-сувенирная открытка появилась именно в России. Бывший крепостной Алексей Иванович Абрикосов основал Товарищество «Абрикосов и сыновья». Фабрики и заводы Товарищества выпускали различные сладости. В коробки с продукцией они вкладывали открытки. Иногда эти открытки содержали рекламу, поздравление, некий сюрприз. Так коробка с карамелью содержала ноты «Вальса-монпансье». Между прочим, «Товарищество Абрикосова» радует нас своей продукцией и по сей день. Теперь это известная фабрика им. Бабаева в Москве. Статистика утверждает, что в мире за год посылается 15 миллиардов открыток! В открытках люди обычно пишут хорошее, делятся впечатлениями о путешествиях, сообщают о приятных событиях; и если на минуту представить, что одна открытка вызвала улыбку радости, то в год с помощью открытки улыбок стало больше ровно на 15 миллиардов! Здорово, правда?! У открытки есть свой праздник - День почтовой открытки! Я хочу поздравить её и пожелать, чтобы она оставалась такой же молодой, красивой, желанной в каждом доме! Вспомните, ведь и у вас где-то в «старых бумагах», наверняка, завалялись забытые открытки. Достаньте их, рассмотрите, вспомните, вдруг вам захочется забежать на почту, купить открытку и черкнуть несколько строк другу, с которым вы не виделись много лет. И не позвонить, а именно написать…

Надежда Фурсова

Просмотров: 1430. Прокомментировать

Старое фото

18 марта 2009г., 01:06
Конкурс им. И.Ф. Камской. В нашем семейном альбоме есть одна очень старая фотография. Бабушка мне рассказала, что этот памятный снимок был сделан здесь, в Нижегородской области, незадолго до ухода прадедушки на войну, в июле 1941 года. Мой прадедушка Степан Вавилович Лямин решил сфотографироваться всей семьёй, так как предчувствовал, что его убьют на этой войне. Девочка, которая стоит, моя бабушка – Татьяна Степановна Береговая. Сейчас она живет с нами. Взрослые – это её папа и мама. А для меня они прадедушка и прабабушка. Маленькие девочка и мальчик - родные брат и сестра нашей бабушки. Теперь они давно выросли, успели состариться и живут в нашем городе. Они тётя и дядя моей мамы. Наши семьи дружат, поэтому я их всех знаю. Бабушка помнит со слов своей мамы, как её отец позаботился о них, о своих маленьких детях. Он купил всем одежду на несколько лет вперед, чтобы они не нуждались хотя бы в этом. До войны прадедушка работал ветеринаром. Фронту нужны были люди с медицинским образованием, поэтому прадед попал служить в госпиталь. Много мужчин из этой же деревни ушли на войну. Трудно было прабабушке растить троих маленьких детей. Моя бабушка вспоминает, как было голодно, как их маме приходилось много работать в колхозе и по дому, чтобы они все смогли выжить. А потом с фронта пришло печальное письмо сообщившее, что без вести пропал их отец. И только после войны, когда вернулся домой его однополчанин, выяснилось, как погиб мой прадедушка. Случилось это в июле 1943 года на Курской дуге. Шло тяжелое сражение, госпиталь находился на передовой, туда и попал снаряд большой мощности. После сражения на месте госпиталя осталась большая воронка... Я горжусь своим героическим прадедом. А эту дорогую для нашей семьи фотографию я обещаю сохранить в своем альбоме.
Ярослав Мартюшов

Просмотров: 2024. Прокомментировать

Парта как символ эпохи

18 марта 2009г., 01:11
Мы собрались у большой парадной лестницы 1 сентября 1997. Тогда я впервые узнала своих первых одноклассников: белые бантики, отполированные ботинки, неподъёмные портфели. Путь в класс был невыносимо длинным. Мама мне давно рассказала, что теперь надо будет ежедневно ходить в школу, делать домашнее задание, выходить к доске и сидеть по сорок минут за партой. Как-то само собой всё стало привычным, только вот в школу я бежала вовсе не за знаниями… Первый сосед по парте оказался моей первой любовью. Тогда я не понимала, что это приятное покалывание в животе и разгул мыслей на уроках и есть ОНА. Нас особо не рассаживали: нравится - садись. Не знаю, почему папа подвёл меня именно к этой пятой парте на первом ряду, но, видимо, это и была судьба… Не помню как всё начиналось: то ли я попросила ручку поднять, то ли он, а вот кольнуло и не отпускало очень долго. Как только все освоились, начались трудовые будни и делёжка посадочных мест. Вроде ты сначала сел с Катькой, а она оказалась не такая красивая, как Наташа, – вот и конфликт. Изо дня в день мы прибегали в школу к 8:00 (уроки начинались в 8:30) и неслись сломя голову на второй этаж, чтобы успеть занять своё место. С Никитой мы «на берегу» договорились, что никому не позволим занять наш островок в классе. Тем более что мы были одни из тех счастливчиков, у которых парта стояла ровно и не шаталась во время чистописания. Девочки освоились, и начали делить уже не только парты… Никитка был одним из первых красавцев: с тёмными волосами, кареглазый, высокий – то, за что можно было побороться. Однажды, зайдя в класс, я увидела на нашей синей блестящей парте надпись «Варька дура!». Обидно было до слёз. Я, конечно, не заставила себя ждать и начеркала на парте «доброжелательницы» что-то из той же серии. Учительница вывела нас на классном часе к доске и отчитала за порчу казённого имущества: «Да за этими партами ваши дети будут сидеть, внуки… А вы?!» Годы шли, Никита уже давно не мой сосед, да и школа давно не та. Но каждый раз, заходя на урок, прочитываешь послания на партах. Смешно и грустно... Раньше на партах признавались в любви, пытались познакомиться или просто черкали «Привет!» А что сейчас? Дети уже не в любви признаются, а на блатном жаргоне посылают друг друга, пишут номера телефонов и подписывают их совсем не по-детски. Хоть времена всегда одинаковые, а вот детки очень изменились. Парта теперь не что-то историческое и неприкосновенное, личное, а просто-напросто стул и стол, на котором можно написать всё, что угодно и кому угодно. Теперь под парту приклеивают жвачки, а когда-то мы клеили под неё самое драгоценное – шпаргалки… Между прочим, мало кто знает, что первая школьная парта в России была изобретена в 1897 году учителем Бруснятской школы П.Ф.Коротковым. К сожалению, оригинал не дожил до наших дней, но вот последователи первенца стоят в каждом классе любой школы. Конечно, теперь они совсем иные. Раньше это были массивные деревянные парты старого образца (за такими и моя мама училась). Во время ответа приходилось вставать, приподнимая руками подвижную дощечку на петлях, которые частенько слетали. Не было отдельных стульев – были скамеечки на определённом правильном расстоянии от парты. Сама парта была немного наклонена, чтобы было удобней писать и не портить зрение. Парты становились достоянием классов и школ. «За такой партой сидел сам Ленин!» - и уже чувство гордости и патриотизма должно было переполнять школяра (хотя бы для вида, для учителя). Изначально парты были разных размеров. Последним рядам было не обязательно «тянуться» к знаниям. Учителя старались делить учеников на двоечников и отличников, чтобы рассадить их по парам для взаимопомощи. Потом сложилась такая система, когда «на галёрку» стали сажать двоечников, чтобы они не мешали учебному процессу. Считалось несерьёзным сидеть за последней партой. Сейчас все границы «посиделок» смылись. Как-хочешь-так-и-садись. Парты уже перестали быть чем-то личным. Некоторые школы внесли поправки в образовательный процесс, насмотревшись американских фильмов, расставили одноместные парты. С одной стороны это не мешает ученику заниматься своими прямыми обязанностями, никто не отвлекает, не трётся локтём, не шатает парту… Ну, а с другой: термин «сосед по парте» так приятен для нашего уха. Вспоминая школьные деньки, чаще всего на ум приходят все те смешные истории, сорванные уроки, нелепые выходки с соседом по парте. А как быть на контрольной? При одноместной рассадке идёт полное отделение от коллектива, срабатывает принцип «каждый сам за себя». Такие важные вещи, как взаимовыручка, совместный труд, выходят на совершенно иной уровень. А в младших классах сложно развить у ребёнка умение делить свою территорию и личные вещи с другими детьми. Сидя за одной партой, узнаёшь соседа. Меняя соседа по парте, школьники учатся общаться, развивают коммуникабельность. Вспомните своих первых закадычных друзей. Наверняка, это соседи по парте… Парта – не просто предмет мебели. Это символ эпохи, неотъемлемая часть учебы, и уроков, и жизни вообще. Самые лучшие воспоминания остаются на парте, словно изображение на фотобумаге. Слой за слоем. Невидимо, но ощущаемо. Чего мы только ей не доверяли! Заходя в новый класс, в первую очередь обращаешь внимание на парты, на их «усталый» блеск. Сколько ещё учеников оставят на парте свои сокровенные чувства – неизвестно. Но, как ни странно, самое яркое и сильное впечатление остаётся именно о ней, о хозяйке любого класса… Старая, скрипучая, деревянная, крашеная масляной краской, с откидными дощечками и углублением для чернильницы… Посидеть бы за ее наклонной доской, потрогать теплую деревянную поверхность, откинуться на широкую гладкую спинку, разглядеть отметины былых школяров… А что если? Я обошла-обзвонила все саровские школы – нет, ни одной настоящей старой парты не сохранилось! Ни одной? И тут мне ужасно захотелось, чтобы хотя бы одна старушка-парта отыскалась. Может быть, забытая где-нибудь в кладовке, на пыльном складе, не в Сарове, так в какой-нибудь окрестной сельской школе. Нужно привезти ее, отмыть, подкрасить и торжественно поставить в музее. Как символ своей эпохи…
Варвара Занегина

Просмотров: 2450. Прокомментировать

Насос

18 марта 2009г., 01:11

Рассказ В селе давно перевелись овцы: переродились, обмельчали, всех перерезали, да и держать-то стало некому – молодежь поразъехалась, стрикам не под силу. С козами как-то еще можно - сами себе добытчики с ранней весны и до снега найдут пропитание, голодными не будут. В прошлую зиму привез мне сын с овцефермы трех ягнят – барашка и двух овечек. Немного испуганные, желто-белые курчавые малыши настороженно перенесли свое переселение. Теперь со всех сторон «замявкали», сразу и не поймешь, кто есть хочет: то ли козочки, которые тоже недавно родились, то ли новоселы. Десяток кастрюлек с горшочками наполняю молочной кашей и несу в ящиках к ним. Как увидят - летят со всех сторон сарая, только успевай расставлять каждого возле своей похлебки. А то и по двое-трое лезут в одну кастрюльку, да еще и с ногами стараются залезть – копытца погреть... Незаметно и весна пришла, подросли козочки с овечками, большенькими стали, носятся, бегают. Энергии много, полгода еще нет, а уже заигрывают друг с другом. Бодаются, играясь, то по бревну проскачат, то на поленицу залезут и развалят, то на капот машины запрыгнут и там прыгают. А скачут: то задом, то боком, друг перед дружкой выкрутасами похваляются. У козликов и барана уже верхняя губа стала задираться вверх – «любовь» по-ихнему. Вот и осень. Вот и новая зима. Снегом землю покрыло, пруд сразу же за забором льдом сковало. Овцы с бараном большие стали - шерсть длинная, теплая, не страшны им морозы; на снегу во дворе лежат и в сарай не заходят. Козочки-малолетки больше в сарае сидят – потомства ждут – допрыгались. Пузяки раздули – важные такие мамаши будущие. Вот одна окозлилась, другая. Раздал соседям козлят, хватит нам и взрослых. С нетерпением ждал, когда овцы объягнятся. Вот, наконец, и первая – самая пугливая – родила барашка. Худой, ноги длинные – ходит, как на ходулях, шатается. Овечка-мамаша – счастливая, малыша облизывает, мордашкой под зад подталкивает, чтобы быстрее вымя нашел. Вот и наткнулся, присосался, только и слышно, причмокивает от удовольствия. Назвал его Насосом, потому что сразу же после родов отогревался в коробке от насоса. Папаша-баран глаза выпучил и не поймет, кто это здесь «новенький» появился, но бодать не стал. А то бодает все, что шевелится, за что неоднократно по рогам получал с предупреждением: «Вот родится потомство – пойдешь на котлеты!» Вот и пошли денечки: день, другой... Только овца в сарай заходит, малыш сразу к ней, тычется – вымя ищет. Насосется, ляжет рядом и греется. Как-то вышли козы с овцами со двора, с бурьяна семенами полакомиться. Хоть и по пояс в снегу, но до макушки достают, обгрызают. В селе же к этому времени появились одичалые собаки, брошенные и прибежавшие к жилью. На беду эта свора собак мимо пробегала и, увидев животных, набросилась. Все кинулись к дому (там спасение, во двор собаки все же бояться забегать), а одна овечка в другую сторону метнулась. Ее собаки и погнали вниз к пруду. На пруд выскочила, ножки разъехались, падает, встает, опять падает, а собаки вцепились в нее со всех сторон, только шерсть летит в разные стороны. Ножки под себя подогнула, голову опустила, страх сковал все тело. А озверевшие собаки, брызгая кровавой слюной, почуяв запах и вкус крови, еще сильнее разошлись, шерсть с кусками кожи отрывают. Проходивший мимо сосед разогнал свору – боятся пока еще человека, да еще с палкой. Позвал меня, вместе на одеяле притащили овечку домой. Затопил печку. На нее страшно было посмотреть: вся в рваных ранах, половина тела голая без шерсти. В шоке лежит на боку, вся дрожит. Мне говорят: «Зарежь, а то умрет». А мне жалко, может, очухается? Достал лекарство, занялся лечением. Из двух мешков сшил ей попону, укрыл. Глажу по мордочке: «Что ж ты глупенькая, от дома убежала? Красота ты моя…» Принес малыша-ягненка, подпустил к ней. Он же так соскучился и проголодался, что не знает, куда ткнутся: то ли в нос мамкин, то ли в вымя. К вымени присосался, а оно холодное, молока нет, от страха, наверное, перегорело. Замявкал, в мордочку ей тычется. Она голову приподняла, посмотрела осмысленным взглядом на свое дитя, и крупная слеза скатилась на пол. Два дня она боролась со смертью, но… Остался барашек сиротой. Пытался он к родне своей сунуться – тетке, сестре матери, которая к этому времени тоже объягнилась. И тоже барашком. А она его отгоняет: мол, своему не хватает... Поехал, купил соску на бутылку и у соседки банку с молоком коровьем взял. Погрел, налил в бутылку, сунул малышу – сосет, но плохо. Вырезал дырочку в соске побольше – все, процесс пошел, только наливай. Полбутылки молока высосет и к оградке, на которой попона весит и мамкой пахнет. Ляжет, приткнется к мешковине и посапывает как раньше, только тепла нет. Мне же надо было раздоить козочек-малолеток, сосочки-пипки еле пальцем ухватишь. Мучаюсь, а пропускать нельзя, чтобы мастита не было. И тут меня осенило: дай-ка, я к ним сироту-подсоску пущу. Сначала к Болячке - это безрогая козочка. Когда летом бодалась с рогатыми подружками – всегда ей доставалось, и на лбу у нее постоянно была незаживающая рана, поэтому она у нас всегда ходила перемазанная зеленкой и с обмотанной бинтами головой. Так и стала тихой и смирной. Подсовывал к ней сироту – не дает вымя. Положил ее на бок, подсунул ягненка – пару минут и вымя пустое. Вторую козочку - и тоже с задачкой справился. А им это даже больше понравилось, чем когда я их за сиськи тяну. Так я и поручил им ягненка. Теперь как приходит время кормления, одну какую-нибудь козочку в сарай загоню, а он там уже знает, куда нос совать. Так что сейчас моя сирота приобрел двух мам-козочек. Ч ерные его глазенки-пуговки ожили, с радостью смотреть стали на мир и с благодарностью. К ноге прижмется. Стоит, ждет, когда возьму его на руки, потискаю, пятак покручу, почищу и скажу: «Красота ты моя…» А он: «Я тебя никогда бодать не буду»… Вот сейчас заглянул в сарай: козочка стоит, расставив ноги, а Насос, задрав голову, сосет у приемной матери молочко… Хорошо...

Владимир Добролюбов

Просмотров: 2181. Прокомментировать

Литературный Саров. Проба пера

18 марта 2009г., 01:19
Руслан КАРИМОВ ОДЕЯЛО Старое, в отметинах от моли, Срок свой отслужившее давно, В доверху набитой антресоли Тихо доживает дни оно. Из цветных лоскутьев было сшито Бабкиной натруженной рукой, А теперь, ненужное, забыто И определилось на покой. Может быть, причуда, может, жалость, Но дороже стеганых перин Мне его незримая усталость В складочках матерчатых морщин. Выбросить – рука не поддается. Так вот и валяется в углу. Маленькое вышитое солнце Мне сияет сквозь ночную мглу. ГОМЕР Гомер был слеп. Как знать, не оттого ли Он, отрешившись от земных забот, Проводником стал той предвечной воли, Что нам в его твореньях предстает? Как много значит просто вера в чудо… Задолго до рождения Христа Он знал, что есть предательство Иуды, Но также есть несение креста. Так из толпы, где «Господи, помилуй!» Сливается с проклятьями калек, С невиданной пророческою силой Вселенское глаголет человек! * * * Пусть недоступно счастье, пусть неясны Судьбою предназначенные дни, Поверь, не вовсе мы с тобой несчастны, Пока мы в этом мире не одни. Пока мы друг от друга не отъяты, Пока нога ступает по земле, Прижми к лицу прохладный стебель мяты, Забытый на поваленном стволе. Есть что-то, неподвластное рутине. Есть нечто, не горящее в огне. Уходят пусть года невозвратимо, Но неизменно прежнее во мне. Пускай стирает время дни и даты, Как ветер заметает пыльный след. Пока мы друг от друга не отъяты, Для нас с тобой земной кончины нет. Александр КОНОРКИН ПЕРВЫЙ ДЕНЬ ОТПУСКА В небе повешены Ржавые запонки Выбравших курс самолетов. Я им завидую - Мне вместо воздуха Выпал унылый перрон. Крепко придушены Ручкой-ошейником Сумки. Иду сквозь болото Жаждущих отдыха, Нервно желающих В душный зеленый вагон. Вещи раcставлены, Полки разобраны, Дернулся пол под ногами. Тени встречающих И провожающих Смазаны там, за стеклом. Курица съедена, Дети уложены, Качка, неловко шагаем. Душно, но кажется Он приближается - Пляжно-купальный сезон. ПЕРЕХОДЯЩАЯ ДОРОГУ Мне - красный. Вижу: осторожно Прокалывает лужу каблучками, Не слыша болтовни пустопорожней Прохожих, задевающих руками. Забыла о горящей сигарете, Написано «Идите» - не читает. Просторный плащ, малиновый беретик. Не девочка, но и не отцветает. Очнулась, удивилась, побежала, Нахмурилась, увидев снова «Стойте». Проехал, развернулся, но... Пропала. Наверно, как и все, раскрыла зонтик И сразу выделяться перестала. Я РИСОВАЛ Я в руки взял обломок мела - Я рисовал, а ты сидела, Я рисовал - не получалось, Я рисовал, а ты смеялась, Я рисовал, а ты молчала, Я рисовал, а ты скучала, Я рисовал - ты говорила, Не помню что, но было мило. Я рисовал, а ты вертелась, Украдкой в зеркало смотрелась. Я рисовал, а ты читала, По полу каблуком стучала. Я рисовал - ты мяла платье, Мне объясняла, в чем же счастье. Я рисовал, а ты дремала - Я понимаю, ты устала. Я рисовал - не выходило! Я не художник, я - мазила! Сказала: «Плюнь ты, не волнуйся». А дальше? Дальше я проснулся.
Просмотров: 1933. Прокомментировать

Надежда Пьера Паскье

18 марта 2009г., 01:32
«И познаете истину, и истина сделает вас свободными» (Евангелие от Иоанна, 8, 32)
Человеку свойственно искать. И чем человек умнее, чем тоньше настроен, тем сильнее проявляется в нем это чувство, однажды наваливающееся необъяснимой тоской, которую не утолить, от которой не спрятаться. Что такое душа? Истина? Бог?.. Вечные, как мир, вопросы, рано или поздно отнимающие у человека все: покой, сон, привычную жизнь. А взамен - только одно: дорога в прямом и переносном смысле, дорога, которой, может случиться, не будет конца… Обреченные или избранные?.. Человеку свойственно искать. Причем независимо от того, в какое время, в какой точке земного шара он живет, на какой социальной ступеньке находится. Тот же Ломоносов не барских кровей был! Пьер Паскье - обыкновенный француз, родившийся в тихой деревушке Тиффож, в провинциальной Вандее, на западе Франции. Что, как не это удивительное свойство ищущей души, привело иностранца в чужую страну, чужую веру, в чужую культуру? Или не чужую?.. …Едешь ли по Нижегородской области, по Мордовии или по Чувашии, везде и всюду одно и то же: уходящие в бесконечность поля, перелески, поля - под отсыревшим февральским небом, «бегущие» вдоль дороги деревушки, суетливое воронье на хлипких заборах, прогорклые кафешки с нелепыми названиями, провинциальные городки, спящие под пылью патриархальности... Везде и всюду... Отчего же тогда светлеют глаза моего спутника, когда он, как всегда первым, выхватывает взглядом очередную белобокую церквушку, примостившуюся на каком-нибудь пригорке за селом, название которого для нас загадка? Отчего внутри все сжимается и тает, когда за окном медленно проплывают узкие улочки очередного провинциального городка, о существовании которого мы даже и не подозревали? Хочется упереться носом в запотевшее стекло машины и запоминать и эти старинные купеческие дома с резными крылечками, и эти окна в кружевных наличниках, и этот печной дымок, запах которого просачивается даже сквозь плотно закрытые окна, и этот негромкий колокольный звон, и этот забавный провинциальный говор случайного прохожего, охотно указующего верный путь... Странное ощущение: мы в незнакомом Алатыре, а кажется, что в Арзамасе или Ардатове. Может потому, что они так похожи, как похожи друг на друга все провинциальные городки? Может потому, что дух один - наш, настоящий, родной. Такой, что дышать - не надышаться... И чего делим?.. В АЛАТЫРЕ ЕСТЬ ВСЕ. ДАЖЕ ФРАНЦУЗ В Алатыре,как в Греции, есть все: завод, «психушка», издательский дом, краеведческий музей, двенадцать церквей, аж два монастыря и даже две реки. Но самая большая местная достопримечательность, прямо сказать, – француз отец Василий, настоятель храма во имя Иверской иконы Божией Матери. Это сейчас его церковь выглядит ухоженно. А десять лет назад здесь лежали одни руины… Можно только представить, что испытал француз, едва научившийся понимать русскую речь, едва начавший привыкать к российским реалиям, когда впервые увидел место своего назначения. «Вообще, я был готов на все: приехать в чужую страну и остаться в ней навсегда. И я знал, что легко мне не будет... Знал, что будет очень трудно, но также я знал, что буду терпеть все - меня ничто не сломит. Я был готов даже к тому, что меня посадят в тюрьму. Но я также был уверен, что меня ведет Господь. А раз так, значит все, что он мне пошлет, моя судьба...» Мы сидим в гостях у алатырского француза - православного священника, пьем горячий чай и ведем неспешную беседу. Говорит больше, конечно, отец Василий. Мы слушаем, пытаясь понять, что же все-таки привело его в Россию? Что заставило променять благополучную Францию на страну вечных проблем, холодов и неустроенности... Чего искал? «Я еще и сам до конца не разобрался. Могу сказать, что я всегда искал... Это было моим огромным желанием - присоединиться к православию. То, что это будет именно Россия, пришло уже потом...» ОТ ГАНДИ ДО ПРАВОСЛАВИЯ Будущий православный священник был седьмым ребенком в семье католиков, где подрастали девять детей. Родители воспитывали их в духе традиционного католицизма. Вполне естественно, что первые детские впечатления Пьера связаны с семейными походами в храмы и не объяснимой на тот момент тягой ко всему, что было связано с церковью. Однако с годами страстный интерес угас. Это потом, через много лет, он поймет: проблема была в нем самом. Он искал в храмах тепла, но не находил, искал понимания, но все было тщетно. Юноша-католик искал ответы на вопросы, которые, как снежный ком, нарастали в душе, не давая покоя: «Если Бог есть, то я должен знать… Я должен его встретить, должен найти. Где?..» Поиски приводили юношу в другие религии - буддизм, индуизм, но и в них он ответов не отыскал. Единственное, что тронуло сердце, - история жизни Махатмы Ганди. Точнее сказать, его путь, устеленный безграничной любовью... даже к врагам своим. Что знал в ту пору француз о далекой России? Да, в общем-то, ничего, если не считать того, что случайно увидел по телевизору (рассказ шел про каких-то раскольников)... Он хорошо помнит, как с упоением слушал виниловые пластинки с церковными православными песнопениями, чудом оказавшиеся в доме католиков. Мужские голоса хористов с тех пластинок... Пьер слушал и плакал, не понимая ни одного слова. Потом была первая купленная икона с ликом Спасителя, первые книги о православии в восточной церкви, среди которых «Житие Преподобного Серафима Саровского», «Моя жизнь во Христе» Иоанна Кронштадтского. И Пьер засел за изучение греческого языка, который открыл ему путь к трудам классиков православной церкви. Сказать, что от прочитанного юноша испытал восторг, значит, ничего не сказать. Он наконец понял: православие - это именно то, что он искал! «Я вдруг почувствовал себя, как… риба, которая нашла воду и может плавать, о, нет, - как рыба в воде!..» ДОЛГАЯ ДОРОГА… К СЕБЕ С этого момента и начался долгий путь католика в православие. Настолько долгий и трудный, что поневоле задумываешься: как он вынес все? У него было столько по-человечески понятных причин и поводов, чтобы вернуться. Но, наверное, и правду говорят, что судьбу не перепишешь. Уехав в Иерусалим, Пьер принимает монашеский постриг и десять лет усердно служит в монастыре. Однако все это время его не покидает мысль об уходе. «Братья смеялись надо мной. Смеялись над моей любовью к православной вере... Для меня это было настоящей драмой: с одной стороны – долг перед католической церковью, с другой - мечта...» Дважды отец Василий пытался воплотить свою мечту в жизнь, за что и был наказан монастырской братией. Наконец, в 1992 году он встречает отца Иеронима, который сейчас служит наместником Алатырского Свято-Троицкого мужского монастыря. «Мы друг друга не понимали: отец Иероним знал два-три слова по-французски, я же по-русски еще меньше... Но, когда я начал с ним общаться, что-то почувствовал...» Найти общий язык помог, можно сказать, случай. Познакомился с паломником, который из Владивостока добрался до Святой земли пешком! Искупающий таким образом грехи паломник оказался из бывших русских бандитов; он и стал переводчиком между монахом-католиком и православным священником. «Отец Иероним убеждал меня потерпеть и пока не уезжать в Россию. Это было мучение, я вел двойную жизнь: днем в монастыре, а ночью молился у Гроба Господня… И так два года. Я чувствовал, что больше не выдержу такой жизни… А тут еще и в монастыре на меня начали давить…» В общем, отец Василий понял, что пора решаться… В монастыре поднялся большой переполох, но это уже не имело никакого значения: «Меня звал Господь…» НАКОНЕЦ-ТО РОССИЯ Январским холодным вечером француз ступил на русскую землю, имея на руках лишь временную визу и немного денег на первое время. Сердце его, наверняка, плясало в груди от счастья, которое, казалось, уже сбылось. Но как же далек он был от реальности… Судьба вновь и вновь испытает на прочность: для начала он попадет… в секту, и с трудом выберется из нее, затем, будут долгие и трудные годы учебы в прославленном мужском монастыре. Потом тяжело заболеет. Жизнь будет висеть на волоске, когда в бреду и в отчаянии он на родном французском будет взывать к Господу, понимая, что больше не к кому… Всеми правдами и неправдами наконец пробьется к Святейшему Алексию. Он и благословит отца Василия служить во благо Русской Православной Церкви. «Человек он замечательный. В нем чувствовалась огромная сила, любовь, энергия. Я никогда не боялся к нему подходить, хотя видел, как он может крепко отругать… Он всегда относился ко мне с особым вниманием, зная, что у меня проблемы с русским языком. Однажды мы случайно встретились у входа в Кремль, Патриарх подошел ко мне и спросил: «Как с русским? Немного выучил?» А я вместо того, чтобы сказать «пока нет», ответил: «Уже нет». Патриарх посмотрел внимательно и… улыбнулся…» И когда теперь уже в ранге православного священника отец Василий совершенно неожиданно решил ехать служить в провинциальный Алатырь, Патриарх благословил… Так француз из немыслимой и почти нереальной Вандеи оказался в Чувашии на пороге храма, который ему пришлось восстанавливать практически с нуля… «Конечно же, я мечтал служить в России в белом монастыре с золотыми куполами. А получилось так, что попал в храм, который пришлось восстанавливать…» Целых пятнадцать лет вдали от родной Франции. Неужели не мучает ностальгия? «Во Франции я чувствую себя иностранцем - русским… Здесь я чувствую себя дома…» ОБЩИНА -…Откушайте, чем Бог послал, - пригласила за длинный стол молодая женщина и удалилась. Утро. В просторной столовой тихо и пусто. В столь ранний час завтракаем только мы - гости. Есть не хочется (сказывается хоть и постный, но весьма плотный ужин). Однако, глядя на дымящуюся, с пылу-жару картошечку, веселую глазунью с солеными домашними огурчиками-помидорчиками, потихоньку начинаешь чувствовать себя кем-то вроде собаки Павлова. - Да я вроде и не голоден, - из последних сил сопротивляется мой сосед и тянется к блюду с румяными блинчиками… - А где все? – интересуюсь у хозяйки, суетившейся на кухне общины, где на плите уже что-то кипело, шкварчало. - На утренней службе в храме, - улыбается она, и мне становится неловко за свой праздный вид. Где-то за стеной вновь зубной машинкой взвывает электропила – та самая, что еще вчера не давала уснуть… Рабочий день в общине отца Василия начинается и заканчивается затемно. Однако лично я не видела, чтобы кто-то кого-то подгонял, кто-то на кого-то покрикивал. Такое впечатление, что все здесь идет как бы само собой: в новеньком, еще дышащем краской и свежим деревом храме проходят службы, в одноэтажном деревянном здании общины, которое досталось им по наследству от больницы в очень ветхом состоянии, потихоньку налаживается быт… Да уж, без работы в общине не сидят. А отец Василий уже строит планы на самое ближайшее будущее. Мечтает, например, чтобы во дворе был собственный колодец… Вообще, жизнь в общине пропитана «домашностью» от начала и до конца. Здесь никто ни к кому не пристает с расспросами, никто не лезет в душу. Потому что принимают тебя таким, какой ты есть. И неважно, бывший ли ты зэк, которому некуда идти, или бомж, или просто человек, потерявшийся в жизни… Для каждого здесь найдется кров, еда и, что особенно актуально для нашего кризисного времени, работа. И через какое-то время начинаешь по-особенному остро чувствовать и эти кроткие взгляды, и эти тихие улыбки, и эту ненавязчивую заботу даже в мелочах. Сам отец Василий так и называет общину - «моя семья». Отсюда никто не уходит. Наоборот, люди идут и идут к алатырскому священнику. Некоторые остаются жить. Отец Василий никому не отказывает, но при этом случайных людей в общине нет. Возможно, в этом и кроется ответ на вопрос: отчего возникло стойкое ощущение, что все здесь делается как бы само собой. «Я думаю, что русский человек всегда нуждался в духовном отце. Россия - огромная страна с богатейшей историей… Но сегодня Россию надо спасать от неверия… Это хорошо, что реставрируются храмы, это очень правильно. Но души многих русских людей остаются еще не реставрированными…» День пролетел – как не было... Память, словно переполненный, с трудом застегнутый, раздувшийся от добра чемодан. Уж такова наша журналистская судьба – за день порой узнаешь столько, сколько и за целый год не увидишь. То вспомнится краеведческий музей с обязательными костяными наконечниками стрел и со страшным ржавым топором палача (чьи головы летели с плеч из-под его острого лезвия?), с напыщенными фотографиями местного купца, знаменитого тем, что брал в жены одну за другой трех родных сестер. То всплывет перед глазами множество интереснейших икон, увиденных нами в Свято-Троицокм мужском монастыре. Тут и древнейший, едва выступающий из древесной темени лик, и образ Божьей Матери, усыпанный бриллиантами, рубинами, жемчугами и изумрудами, и мироточивая икона. А еще подземная церковь Серафима Саровского с чудодейственным ключом. Куда ни поедешь, где ни окажешься - нет-нет, да и услышишь имя «нашего» Преподобного… А красный флаг над купеческим особнячком – доживающий свой век райком Компартии, а изукрашенный резьбой старинный дом, а еще один дом (многоквартирный жилой!), на манер Пизанской башни завалившийся под углом, а потрясающая строящаяся колокольня, про историю которой рассказывал нам «гид» отец Пахомий – человек высокого интеллекта и кругозора… -…Попейте чайку, а то остынет. За окном опять темень непроглядная, а в просторной столовой общины - светло и уютно. Поздний чай пьем втроем: я и еще две женщины – молодая и постарше. - А где же все? - вновь задаю тот же вопрос. - По делам ушли, - отвечает та, что постарше. - А как же ужин? - Некоторые уже поужинали, а некоторые – поедят попозже… - Ой, я такая голодная, - заглядывает к нам миловидная женщина с рюкзаком через плечо. Рыжие веснушки, светлые ресницы, медная прядь волос, выбившаяся из-под синего платка. Руфь. Здрасьте, еще один сюрприз - настоящая англичанка с берегов туманного Альбиона! Еще одна местная достопримечательность. Правда, после знакомства с отцом Василием и его общиной я вообще перестаю чему-либо удивляться... РУФЬ Она родилась на севере Англии, в Манчестере, что видно невооруженным взглядом: крохотной ложечкой с крохотного блюдца она отламывает микроскопические кусочки кремового пирожного и отправляет их в рот словно нехотя. Как будто это не она буквально только что говорила, что очень голодна, причем настолько, что просит перенести нашу беседу на «после ужина». Руфь, как и отец Василий, из многодетной семьи. Отец - учитель французского и испанского, мама - дирижер. «Мама ходила в протестантскую церковь, но я не могу сказать, что моя семья была верующая…» В семнадцать лет Руфь поступила в университет на факультет иностранных языков. Там она заинтересовалась русской литературой и начала изучать русский. Потом пришел глубокий интерес к православной вере, который в конечном итоге и привел ее в Россию. «Я так мало знала… Однажды в университете я познакомилась с преподавателем богословия, который еще и вел службы. Мне очень понравилось, но все казалось таким странным, настолько его молитвы отличались от протестантских…» Пока Руфь училась, она неоднократно летала в Россию, в Санкт-Петербург, где посещала многочисленные православные храмы. Мало понимала из того, что говорилось во время служб, но ей очень нравилась «горячность молитв», а главное, она вдруг почувствовала присутствие Бога… После университета, словно повторяя путь отца Василия, англичанка попала в какую-то, как ей тогда казалось, православную общину, которая оказалась настоящей сектой. «Вообще, я могу жить в любом месте, мне не нужно, чтобы вокруг было все красивое. Поэтому я спокойно перенесла переезд в Россию. Самый трудный момент был, когда я купила дом… Газа не было, мне пришлось научиться топить печь-голландку… Она очень старая, самодельная… И этот ужас длился целый год: постоянно нужно было топить, чтобы не замерзнуть, нужно было где-то доставать дрова… Тогда я работала в школе учителем, а на переменках бегала домой, чтобы кормить печку… Потом я заболела. И впервые столкнулась с российской медицинской системой. Я - больная, а мне нужно было искать, к кому обратиться, нужно было брать в больнице какие-то жетоны, чтобы записаться к врачу, потом сидеть в коридоре в очереди… Врачи не понимали меня, приходилось подбирать слова, чтобы объяснить, что же у меня болит… И тогда у меня были моменты, когда хотелось уехать домой в Англию…» Не уехала. Живет в России уже тринадцать лет. Несмотря ни на что… «Вот, если бы меня спросили, чем англичане отличаются от русских, я бы ответила: англичане дают друг другу больше свободы. Они не диктуют, что вести себя нужно так-то, говорить нужно то-то… А в России нужно считаться с мнением окружающих. Отчего-то здесь люди уверены, что они должны советовать тебе, как одеваться, что кушать… Мне здесь очень нравится, мне нравится все, чем я тут занимаюсь…» Она - регент в храме, руководит хором в общине, преподаёт в воскресной школе и детям, и взрослым, ставит спектакли!.. «Еще я учу петь заключенных женской колонии… А еще я люблю писать… свою диссертацию о русском просветителе XIX века Николае Ильминском. О! Это был замечательный человек, он хотел, чтобы в школах преподавание шло на родных для каждой местности языках… И, если Господь даст силы и время, то я хотела бы написать книгу о нем на английском языке… Хочу, чтобы просвещенный мир знал имя человека, который хотел, чтобы маленькие народы Поволжья не пропали. Не пропала их культура… Он понимал, что православие может существовать вне русской ситуации… Церковь для всех народов, не только для России… И это, прежде всего, важно понимать самим русским. Ведь Русская Церковь – это глубокий источник святости и для Англии, и для Франции… Православие - это Евангелие, а Евангелие - для всех народов…» *** И снова – поля, поля, деревеньки; и под гул мотора обрывки впечатлений, лица, глаза - Пьер-Василий, Руфь… Что они нам – сумасшедшие иностранцы, уехавшие из строгого уюта и рафинированного порядка Европы в нашу безалаберную «немытую Россию»? Нам, порой с завистью глядящим на Запад, слушающим призывы «учиться у цивилизованных наций»; нам, просиживающим вечера за мыльными сериалами, забывшими, что такое хорошая книга, нормальная песня, прогулка по тихому лесу; нам, не знающим, что сказать другу, написать в письме родному человеку; нам, обмельчавшим до СМСок и безграмотных электронных посланий, до желания иметь все, кроме души… А что мы им? Да вот ведь парадокс - мы для них народ, на который последняя надежда; надежда сохранить правду этого мира, не скормить ее в слепой жадности золотому тельцу. Надежда сберечь бессмертную душу…
Елена Кривцова

Просмотров: 2374. Прокомментировать

«КРАЙ РОДНОЙ, НАВЕК ЛЮБИМЫЙ…»

18 марта 2009г., 01:34
«Саровская пустынь» вновь объявляет изо-конкурс. На этот раз мы будем публиковать не только фотографии, но и графические работы, выполненные в различной технике – рисунок, акварель, гравюра. Тематика по-прежнему определена названием конкурса. Отдельные работы, фоторепортажи и фотоочерки, этюды, зарисовки – все, что рассказывает о необычных, замечательных, красивых уголках нашей страны (и особенно Присаровья), все, чему радуется взгляд, от чего волнуется сердце. Фотографии должны иметь подписи или небольшой текст, поясняющий представленные работы, и, естественно, необходимо указывать авторство и координаты участника. Конкурсные работы принимаются по адресу: Саров, а/я 150, редакция газеты «Саровская пустынь». Также работы можно занести по адресу: ул.Дзержинского, 5 или прислать по электронной почте: lomtev@gazeta-sarov.ru
Просмотров: 2081. Прокомментировать

Презентация «Провинции»

18 марта 2009г., 01:38
В минувшую субботу в зале Дома ученых прошла презентация свежего номера журнала «Нижегородская ПРОВИНЦИЯ». Как всегда, журнал предоставил свои страницы для разнообразных произведений авторов со всей России - из Сеченова и Черноголовки, из Пензы и Нижегородской области… Вела вечер редактор журнала, член Союза писателей России Любовь Ковшова. А выступили перед собравшимися в зале любителями литературы авторы журнала: поэты Геннадий Ёмкин, Борис Селезнев (Н.Новгород), Ксения Иконникова (Москва), прозаик Александр Ломтев. Любовь Ковшова рассказала о создании иллюстраций Татьяны Рачковой к повести «Эсфирь Наумовна Перельман». Детские стихи поэта Ивана Бардина из Новокуйбышевска замечательно прочитала Любовь Лопатина. Комментируя очерк «Слава Васильев», опубликованный под рубрикой «Лики русской литературы», Любовь Ковшова рассказала о замечательных, самобытных арзамасских поэтах Александре Плотникове и Вячеславе Васильеве. Немало добрых слов было сказано и о живописных работах саровского художника Константина Тарасова, украсивших обложку и страницы журнала. Теплое и лиричное «музыкальное обрамление» литературного вечера создавала преподаватель музыкальной школы Оксана Линник. Очередной номер «Нижегородской провинции» получился, как всегда, разнообразным и по тематике, и по географии авторов, и жанровому наполнению. Недаром в одном из своих последних интервью председатель Союза писателей России Валерий Ганичев очень тепло отозвался о «Провинции». Жаль только, как отметил один из выступивших читателей, что «журнал выходит так нерегулярно, что город не поддерживает это полезное и нужное для Сарова издание».
Просмотров: 3274. Прокомментировать

Динамично развиваемся

24 марта 2009г., 23:25
В минувшую субботу в Нижнем Новгороде на очередном собрании областной организации Союза писателей России в торжественной обстановке был вручен членский билет еще одному саровскому литератору – поэтессе Марине ЗУБОВОЙ. В работе собрания приняли участие также саровские литераторы Любовь Ковшова, Геннадий Ёмкин и Александр Ломтев. Председатель областной писательской организации В.И.Жильцов отметил большую активность саровских литераторов и лично секретаря литобъединения «Радуга» Л.П.Ковшовой, подчеркнув, что саровская «писательская ячейка» очень быстро стала одной из самых сильных и динамично развивающихся в области. А саровскому прозаику Ивану Чуркину было вручено официальное приглашение заместителя губернатора области Г.А.Суворова на торжественное празднование 210-й годовщины со дня рождения А.С.Пушкина в Болдино. В ходе этого празднования, как нам стало известно, И.Н.Чуркину также будет вручен членский билет Союза писателей России.
Просмотров: 1547. Прокомментировать
Архив рубрики:
2007 - Январь Февраль Март Апрель Май Июнь Июль Август Сентябрь Октябрь Ноябрь Декабрь
2008 - Январь Февраль Март Апрель Май Июнь Июль Август Сентябрь Октябрь Ноябрь Декабрь
2009 - Январь Февраль Март Апрель Май Июнь Июль Август Сентябрь Октябрь Ноябрь Декабрь
2010 - Январь Февраль Март Апрель Май Июнь Июль Август Сентябрь Октябрь Ноябрь Декабрь
2011 - Январь Февраль Март Апрель Май Июнь Июль Август Сентябрь Октябрь Ноябрь Декабрь
2012 - Январь Февраль Март Апрель Май Июнь Июль Август Сентябрь Октябрь Ноябрь Декабрь
2013 - Январь Февраль Март Апрель Май Июнь Июль Август Сентябрь Октябрь Ноябрь Декабрь
2014 - Январь Февраль Март Апрель Май Июнь Июль Август Сентябрь Октябрь Ноябрь Декабрь
2015 - Январь Февраль Март Апрель Май Июнь Июль Август Сентябрь Октябрь Ноябрь Декабрь
2016 - Январь Февраль Март Апрель Май Июнь Июль Август Сентябрь Октябрь Ноябрь Декабрь
2017 - Январь Февраль Март Апрель Май
© 2007-2017 - Газета «Саров». 16+. Главный редактор - Т.И. Горбачёва.
Перепечатка возможна только с разрешения редакции. Ссылка на gazeta-sarov.ru обязательна.
Дизайн - Анна Харитонова. Разработка и поддержка - Олег Клочков.
ТИЦ Яндекс.Метрика