Газета «Саров» Бесплатные объявления Медицинский центр «Академия здоровья»

Газета «Саров» - Культура: Aрхив за октябрь 2007 года

Счастье заразительно

24 октября 2007г., 13:28
Из письма нашей читательницы Виктории: «Читаю саровские газеты и диву даюсь. Мне начинает казаться, что мир сошел с ума. Про собачек, про всякую ерунду пишут. В великой России – великая драма! И суть ее в голосе тысяч сирот. В одной только фразе: «Найди меня, мама!» Найди его, мама! Малыш тебя ждет!» Ребенок – это весь мир Только родив ребенка, женщина по-настоящему становится женщиной. Ребенок меняет наше мировоззрение. Он сам мир, без которого тяжело и иногда невозможно. Счастье материнства мы всегда связываем с рождением малыша. И всегда сомневаемся, сможет ли приемный ребенок быть так же дорог, как и свой, выстраданный. После института я пришла в научно-исследовательский институт, уже имея на руках маленькую дочь. Я не сомневалась в том, что у всех женщин нашей группы (собственно, их было двое, кроме меня) есть дети. Но оказалось, что ни у одной из моих коллег детей не было. А главное – и не могло быть по медицинским показателям. Только в этот момент поняла, каким счастьем обладаю я. Одна моя коллега, та, что помоложе, – не оставляла попыток вылечиться. Она знала все современнейшие методики лечения, искусственного оплодотворения, была настроена на победу. Только шансов практически не было. Вторая женщина, назовем ее Нина – ближе к сорока – уже смирилась со своим диагнозом – бездетна. Но не смирилась со своим положением бездетной. Вместе с мужем Нина приняла решение об усыновлении ребенка из детдома. Когда это произошло, вся наша лаборатория забыла про науку. Мы сопереживали новоиспеченным родителям – малыш занимал нас гораздо больше, чем осциллографы, научные разработки и даже обед. Наша Нина преобразилась – помолодела и оживилась. С нее как будто стерли клеймо – бездетна. Она стала матерью. С малышом, конечно, пришлось помучиться – первые же поездки в Москву, в зоопарк, показали, что спектр интересов пятилетнего мальчика очень узок. После похода по зоопарку, кукольного театра и еще чего-то не менее полезного ребенок больше всего радовался и вспоминал только то, что новые родители дали ему жвачку. Это очень огорчало Нину. Но любовь и терпение, все то, что хранила эта женщина в себе для своего нерожденного малыша, чудесным образом помогло изменить ситуацию. У Нины и Алексея все хорошо – малыш уже вырос и учится в институте. Он не помнит, что когда-то был чужим ребенком, взятым из детдома, – он любит своих родителей – своего папу и свою маму. Информация для всех Готов ли человек принять в семью чужого ребенка, сделать его своим, сделать его равноправным наследником, решить эти вопросы может только сам человек. Знаю, многие не решаются. И осуждению это не подлежит! Но, может быть, не решаются именно потому, что мало знают об усыновлении, гонят от себя эту мысль, не занимаются, не изучают вопрос. Сегодня любая информация куда более доступна всем и каждому. Это большой плюс. В своем письме Виктория советует обратиться к сайту (в поисковике она набрала «Усыновление» и попала в конференцию «Приемные дети» на 7ya.ru), где есть немало живых историй от тех, кто уже усыновил ребенка, а то и не одного. Просматривая эти материалы, не перестаешь радоваться за тех детей, кому повезло с обретением родителей, а еще больше радуешься за родителей, преодолевших все сложности усыновления, поборовших в себе устойчивые, даже заскорузлые стереотипы (типа все равно чужой, больной, его не переделаешь, яблочко от яблоньки и т.д.) и обретших радость отцовства или материнства. Из откровений приемных родителей: «И вот спустя 9 лет после объявления диагноза «Больше детей у вас не будет» у меня появляется желание иметь еще одного ребенка. У меня было такое ощущение, что внутри меня образовалось огромное пространство, заполненное любовью, и любовь, которую я даю моим мужчинам (мужу и сыну – ред.), это малая толика того, что я способна дать. Именно тогда я набрала в поисковой системе слово «усыновление» и попала в конференцию «Приемные дети» на 7ya.ru. Причем, набирая это слово, я вовсе не хотела никого усыновлять. Почему-то я хотела посмотреть на фотографии «отказных» детей, знаете, как в зоопарке: а какие они?» Усыновление – это то же самое, что роды Никогда я не забуду свои первые впечатления от поездки в детский дом. Когда дети – и маленькие, и постарше – хотят тебе понравиться. Именно затем, чтобы ты увез их отсюда. Они все время ждут своих родителей, они готовы принять любых посторонних женщин и мужчин, полюбить их. Я сомневаюсь, что в детских домах специально культивируется эта готовность отдать свою детскую любовь любому заехавшему к ним взрослому, но ощущение от этих встреч всегда очень тяжелое – это ощущение почти несбыточной надежды, незаслуженной брошенности. Это ведь нормально - ждать своих родителей просто потому, что они ДОЛЖНЫ БЫТЬ. Если взглянуть на карту Присаровья и посчитать, сколько вокруг только нашего города проживает сирот: в детдомах, домах ребенка и центрах реабилитации – начинаешь понимать весь масштаб бедствия. Сироты и раньше находили своих новых родителей и, безусловно, будут находить всегда. По данным департамента образования Сарова, только у нас и только за 2007 год (а он еще не закончился!) двух детей забрали приемные семьи, свыше 20 детей перешли под опеку и попечительство. А усыновлено пятеро ребятишек (оговоримся, что сюда не входят те дети, которых усыновляли отчимы и мачехи, мы говорим только о совершенно чужих детях – авт.). Из откровений на сайте: «Я была неприятно поражена тем, что усыновляют детей, оказывается, через суд. Почему-то я была уверена, что «взять ребенка» — это прийти в роддом и забрать, заполнив какие-то бумаги. Я подумала: «Суд? Как-то уж очень серьезно». Можете себе представить всю глубину моей глупости и эгоизма в тот момент? Пришла такая вся из себя благородная облагодетельствовать ребеночка, а тут такие сложности. Наверное, подсознательно я искала для себя запасной аэродром, а суд в тот путь отступления не вписывался. Сейчас-то понятно, что все правильно, усыновление — это очень серьезный шаг, так как связан с человеческой судьбой, с маленьким беззащитным человеком, который даже не имеет права выбора, ведь выбирают его, а не он». Мне кажется, что вот этот поворот дает тем, кто хочет усыновить малыша, твердость в достижении поставленной цели: сбор документов, суд и прочее – это всего лишь бюрократические процедуры, которых нельзя избежать. Но что они в сравнении со счастьем материнства, отцовства? Рожать ведь тоже очень серьезная и болезненная процедура – с ней-то все мирятся, потому что ее нельзя отменить. Так, видимо, и надо относиться к процедуре усыновления – неприятно и долго, но без этого нельзя. Это и есть РОДЫ. Свет в окне Историй усыновления – хоть отбавляй и в нашем городе. Ими делятся потихонечку, тайком, чтоб ребенок не узнал. Делятся не только женщины, но и мужчины. Вот одна такая история. - Мне кажется, Светка – это мой спасательный круг, – Владимир мнет в руках сигарету, и я вижу, что о своей приемной дочке он может говорить часами искренне и восторженно. - Ты понимаешь, у нас, у мужчин, все иначе, чем у женщин. Отцовское чувство пробуждается гораздо позже. Женщина ведь вышла замуж, родила ребенка и для нее вполне естественно, что именно дети, семья – главное. А вот у мужчин все иначе – я сам лет до сорока считал, что для меня главное работа, карьера, успех, деньги. Только в сорок, когда у нас появилась Светланка, стало для меня очевидно, что счастье вечное, самое правильное, надо искать не там. Что вот именно в детях наши главные радости таятся. И сейчас так выходит, что я больше в Свете нуждаюсь, чем она во мне. Я боюсь за нее, за своих старших детей, за жену. Вот сказал, что я нуждаюсь в Свете больше, чем она во мне, и сам подумал, что ведь и у нее какое-то обостренное ощущение меня. Мама с ней построже, а я вот разрешаю все. Не могу не разрешать. Стал я мягкотел и сговорчив: Света – мой свет в окне. И это ощущение счастья перевешивает все сложности, с которыми пришлось столкнуться при оформлении документов на опекунство и потом усыновление. Хотя надо сказать, что побегать пришлось. И очень много несуразностей выявилось. Осталось ощущение, что забота о сиротах у нас какая-то показушная, для отчета. Я ругался с чиновниками, с некоторыми даже до сих пор не разговариваю. И многие проблемы в формальном плане так и не улажены у нас. Вот, например, Свете, если бы она была сиротой, полагалась бы квартира. А если я ее усыновляю, квартира ей уже не полагается. То есть получается, что своим усыновлением я ее лишаю своего угла – по-моему, это бред. И такого бреда довольно много. Но жизнь идет своим чередом. Света нас любит, не помнит она ничего из ее прошлой, очень печальной жизни. Это МОЙ ребенок. Такой же точно, как и старшие мои дети. Мне даже кажется, что я люблю ее за них – то, что не успел им отдать, все Свете достается. Я знаю, у нас в городе много бездетных семей. И многие, многие готовы принять ребенка. И многие детей приняли. Это действительно счастье, спасательный круг, смысл жизни. По данным департамента образования Сарова, на данный момент у нас в городе есть двое детей, которым нужны родители. Есть у нас и родители, желающие усыновить ребенка. Но, по словам инспектора по детству И.Райченко, сказать, что это целая очередь, нельзя. Ведь сегодня можно усыновлять детей из любого детдома, дома ребенка России. По словам И.Райченко, практически только что одна семейная пара усыновила ребенка. Обойтись совсем без саровской службы опеки невозможно. Потому что только эта служба по месту жительства может выдать будущим родителям заключение о возможности быть кандидатами в усыновители (кстати, это касается не только полных семей, могут быть кандидатами в усыновители и только отцы или только матери – закон это позволяет). Выдаче пакета документов предшествует процедура сбора информации. Обследуются многие параметры, в том числе и жилищные условия. «Я даже ее понюхала!» Из откровений молодых родителей: «После того дня, когда я целый час смотрела на фото своей девочки, тут же купила билет, и вот, наконец, я встретилась с ней. Вы не представляете, какой она показалась мне красавицей! Яркая брюнетка с буйными кудрями, огромными глазищами и ресницами до бровей. Я даже в самых смелых мечтах не могла представить ее ТАКОЙ. В 11 месяцев она уже делала несколько шагов и в развитии опережала сверстников. Она уже болтала без остановки на тарабарском языке, но стоило ее попросить: «Настя, скажи «Катя», говорила «Кать» и хитро улыбалась. С ней в палате лежала девочка, которую так звали, и она ее запомнила. Когда просили ее что-то сказать, она внимательно смотрела на губы и пыталась повторить. Для меня это было потрясение, так как мой Вовка начал говорить к двум. Она играла в «ладушки», махала «до свидания», умела очень забавно показывать «спасибо»: руку прикладывала к голове и кивала. Я сразу поняла, что у Насти мой характер и что она у меня будет хохотушкой: на любое обращение к ней по имени она тут же расплывалась в широкой улыбке и начинала что-то лопотать по-своему. В больнице я с деловым видом посмотрела медицинскую карточку. Там какие-то анализы мочи, крови – ничего непонятно. Будете смеяться – я даже понюхала Настю, так хотелось не упустить ничего, чтобы понять – мой это ребенок или нет? А потом едем домой, моя подруга пристает: «Ну? Ну что? Ну, понравилась? Берешь?» А я и не знаю, что ответить. Очень страшно было вот так: раз – и ты уже мама. А потом я, все еще сомневаясь, стала звонить в опеку. И вдруг мне сказали: «А с чего вы взяли, что вам ее отдадут?» Вот тут меня пробило… Как это не отдадут? Мою девочку? Я хочу ее забрать!!! Не было ни одного человека, который бы сказал нам, что мы сошли с ума. У меня вся квартира завалена цветами и игрушками, из одежды я купила, наверное, десятую часть, все остальное – подарки. Конечно, люди не совсем понимают, что мы сейчас чувствуем. Они говорят о том, какой это героический поступок, какие мы благородные. Но чтобы стать одним из нас, нужно пройти большую дорогу, нужно передумать не одну мысль, не поспать не одну ночь. И, дай вам Бог, всем почувствовать то, что чувствуем сейчас мы, качая Настю на руках, целуя ее милые щечки, расчесывая ее буйные кудри. Это не второй ребенок! Это подарок, который почему-то нам сделала жизнь! Теперь я точно знаю – мне не грозит одинокая старость, я не буду сидеть на лавочке перед подъездом и горевать. Я найду, чем заняться, были бы силы. Ведь их столько – красивых, хороших, умных, но, к сожалению, никому не нужных детей! P.S. Почти сразу вслед за мной одна моя коллега усыновила годовалую девочку Милу. Оказывается, счастье — это заразительно». Из письма нашей читательницы Виктории: «Пожалуйста, опубликуйте мое письмо. Вот читаю саровские газеты. И мне кажется, что мир сошел с ума. Мы размениваемся на разные мелочи, когда очень у многих не решен главный вопрос – у них нет детей. А, может быть, все просто: аист, который нес вашего малыша, случайно потерял нужный адрес».
Татьяна Ставничая

Просмотров: 1966. Прокомментировать

Живое слово Демидовой

24 октября 2007г., 14:02
Встреча с народной артисткой России Аллой Демидовой обещала стать едва ли не главным событием Второго международного мультимедийного фестиваля «Живое слово», который не так давно состоялся в Болдино. Надо отдать должное, болдинцы нашли чем занять гостей праздника, толпами бродивших между музеем Пушкина и центральной площадью, где столы ломились от угощений и милых сувенирных вещиц – берестяных туесков, глиняных фигурок, льняных полотенец и салфеток – притягательных своей бесхитростной искренностью. И вдруг… - Она? Она! Демидова, – вытолкнули воздух губы, а ноги сами понесли навстречу. – Алла Сергеевна! Мы из газеты «Саровская пустынь». Можно… Хрупкая, едва доходившая мне до плеча женщина в темных очках и плотном шелковом платке на голове, слегка прикасаясь к нарядной деревянной шкатулке узкой кистью, не тронутой солнцем, даже не повернула головы. - Нет, – скупо сорвалось с губ. – У меня всего пять минут. И больше ни слова. Ни звука. Только почти физическое ощущение: передо мной только что со скрежетом опустился глухой железный занавес. И пока я искала хоть какую-то лазейку, черный бархатный плащ трагической актрисы растворился в толпе. До спектакля оставалось часа два. - Она приболела – плохо себя чувствует, – чуть позже утешала Марина Ливанова – провожатая Демидовой. – Понимаете, возраст, а тут еще и нездоровье. Она совсем, совсем слабая… Нам ничего не оставалось, как ждать, теша себя призрачной надеждой, бог знает, на что… Но, видимо, болдинская аура сделала свое дело, поскольку Алла ДЕМИДОВА после двухчасового поэтического спектакля, буквально уже застегивая свой чемодан, вдруг сказала, ну, зовите журналистов из Сарова… Из книг Аллы Демидовой: «...Меня часто обзывают «интеллектуальной актрисой». Но если у актера и есть ум, то он не помешает. Особенно в первом и втором периодах, когда идет подготовительная работа, отбор выразительных средств и т.д. У умного актера работа идет быстрее и точнее. А когда играешь – ум ни при чем. Начинается игра, состояние, о котором так верно написал Пушкин: «...Душа стесняется лирическим волненьем, трепещет и звучит...» Без этой вибрации лучше на сцену не выходить. Хотя иногда и в первом периоде ум актеру заменяет интуиция. Но это бывает редко. Вот, например, Смоктуновский – актер от Бога. Недаром он про себя говорил, что профессия, талант умнее его. И это правда. Ведь талант – от Бога, как можно быть умнее Бога?! А моя кличка «интеллектуальная актриса» – это от ролей, которые я играла (кто-то однажды даже обозвал меня «интеллектуальной овчаркой»)...» - Не надо меня фотографировать, – обдавая холодом, резко звучит со сцены низкий с хрипотцой голос. – Вы не мне мешаете, вы мешаете друг другу. Слушать стихи еще больший труд, чем их читать. Я ведь знаю их наизусть – могу читать и при пустом зале (и словно бы про себя: «Может, так было бы даже лучше…). Журналист, нарушивший просьбу актрисы – не фотографировать во время спектакля, вобрав голову в плечи, исчезает за дверями. В зале воцаряется такая тишина, что готова провалиться сквозь землю за то, что дышу. От Демидовой невозможно оторвать глаз, поражаясь ее способности изменяться до неузнаваемости. Вот только что по улице шла глубоко пожилая, едва доходившая мне до плеча женщина. На сцену же вышла – высокая, красивая, с горящими на бледном лице глазами актриса. Удивительно, но она-таки подчинила себе долго не успокаивавшийся зал и заставила слушать стихи. Да, одним гримом и техникой такого не сотворить. С этим можно только родиться. Из книг Аллы Демидовой: «Я заметила, что у талантливых людей сидит внутри какой-то стержень, что ли. Что бы они ни делали, чем бы ни занимались, вроде бы побочным – все, как в воронку, закручивается в их дело. Таких людей отличает еще и одержимость». - Можно? – наконец-то переступаем порог тесной артистической комнатушки, в глубине которой с чемоданом возилась Демидова – уже разгримированная и переодетая. Признаться, о многом хотелось спросить любимую актрису: о ее работах в кино и театре, конечно же, о «Таганке», о Высоцком, о встречах с Бродским. Почему сегодня она в основном работает за рубежом? В чем проблема: в зрителях, в обстоятельствах или в ней самой?… - Да, да, – поторопила нас хозяйка чемодана, в конечном итоге справившаяся с «молнией». Она выпрямилась, и ее профиль отразился в огромном зеркале у боковой стены. «Демидова любит зеркала», – вспомнилось «домашнее задание», которого нельзя было избежать перед встречей с умной, интеллектуальной актрисой, противопоставляющей своему довольно редкому – «люблю» часто употребляемое – «не люблю». Она не любит, когда журналист не подготовлен, она не любит вопросы, касающиеся ее личной жизни, и не отвечает на них. Она открыта лишь жестко ограниченному ею самой кругу вопросов, среди которых, безусловно, ее книги и литература… Поразительный, на первый взгляд, факт: Алла Сергеевна Демидова – первая актриса, вошедшая в состав Большого жюри книжной премии Букера. Из книг Аллы Демидовой: «Иногда мне кажется, что профессию я все-таки выбрала неправильно. И я не считаю, что моя жизнь удалась, что я самовыразилась. Может быть, когда в юности я была на перепутье, надо было выбрать другую дорогу. Но страх перепутья, «совковое» детство, боязнь жизни – надо было после университета начинать работать, я не была к этому готова (мое поколение вообще инфантильно – практически все начинали поздно) – заставили меня опять идти учиться. На этот раз судьба толкнула меня в Театральное училище имени Б.В.Щукина, и дальше все покатилось само собой. Дальше я уже не стояла на перепутье, я принимала жизнь, какую мне давала судьба. Или случай. Кто-то из древних мудрецов заметил: судьбы не существует – есть только непонятная случайность...» - Алла Сергеевна, из ваших книг известно, что вы с самого детства ведете дневники. А письма? Сегодня редко кто пишет письма, я, конечно же, не имею в виду интернетовскую переписку, которую, согласитесь, трудно назвать эпистолярным жанром. А ведь в письмах всегда поддерживался русский язык, русская культура общения… Вы пишете письма? - Я сейчас готовлю книжку и надеюсь, что она выйдет в следующем году. Она называется «Письма Тому». Много лет – с 1990 по 2006 годы – я переписывалась с одним американским профессором из Гарварда. В основном я писала ему, когда была в зарубежных гастролях, потому что почта наша русская не работала так, чтобы письма свободно переходили через океан. И поэтому, когда я нашла одно свое неотправленное письмо, кажется, девяносто третьего года, я увидела, что оно - как осколок времени. Я попросила профессора переслать все мои письма через е-мэйл. А его письма у меня сохранились, правда, выяснилось, что я не такая… аккуратная, как он. И вот сейчас я собираю для книги эти письма, где между ними будут какие-то такие заметочки. - Вы написали, что судьба подарила вам встречи со многими людьми. Среди них: Эфрос, Любимов, Высоцкий, Смоктуновский, Тарковский… Кому бы из них вы хотели бы писать письма? И что бы вы хотели, скажем, спросить? - Знаете, это все риторические и суетные вопросы. И я не отвечаю на подобные вопросы, – отмахнулась Демидова, и от нее потянуло холодком. Из книг Аллы Демидовой: «Я — застенчива. И заметила, что многие актеры патологически застенчивы в быту. Боятся общаться с внешним миром, с незнакомыми людьми. Может быть, я и мечтала стать актрисой, чтобы не быть самой собой? Я помню, как в первом классе учительница попросила принести фотографию моей мамы. Я отыскала старую открытку, на которой была изображена какая-то западная актриса в роскошном длинном платье 18-го века, и вклеила на место лица этой актрисы мамину фотографию... А когда меня спрашивали: «Девочка, кем ты хочешь быть?» — я говорила: «Великойактрисой». Причем для меня «великая актриса» — было одним словом. Впрочем, актерами редко становятся случайно. Почти все актеры с детства мечтают стать «великими». Это призвание… …Часто, когда человек вспоминает свое прошлое, жизнь встает перед ним в виде застывших мгновений, серии старых фотографий. То, что много лет назад казалось смешным, сейчас вспоминается с грустью, трагическое — с юмором, будничное — празднично. Изменилась я, изменилось время... Но когда я мысленно «опрокидываюсь» в прошлое — для меня сегодняшнего дня не существует. Прошлое застыло. Как на фотографии. Я очень люблю рассматривать старые фотографии. У меня собралось много книг и фотоальбомов начала века. Вот царская фамилия. Фотограф снял их спины. Сильный ветер, грязь. Женщины приподняли юбки — они свисают такими тяжелыми тюками, видны зашнурованные ботинки. Почему мы, изображая высший свет на сцене, всегда играем фасад? Ведь они такие же люди, как и мы, чувства с веками не меняются..». - Алла Сергеевна, сегодня часто говорят о том, что русская литературная речь переживает жуткий кризис, она угасает, а на смену ей приходит компьютерный новояз… Вы согласны с этим? - В общем, нет. Русская речь развивается… Сами подумайте, как может умереть такой мощный язык. Это все досужие наши страхи. Всю жизнь – и на моей памяти, и из книг по истории театра – только и слышно: театр умирает. То он умирает от того, что возникло кино, то – от того, что появилось телевидение, то DVD и так далее. В общем, он все умирает и умирает, и никак не может умереть. Так и с языком. Все это наши страхи… сиюминутные. Согласны? - Тем не менее. Вы сегодня довольно долго, жестко собирали внимание зрительного зала. Почему? Может, потому, что люди разучились слушать даже высокую поэзию… - Нет-нет. Я с вами не согласна. Ведь этот зал не предназначен для чтения стихов, он для просмотра фильмов. Это же бывший кинотеатр. Он «не намоленный» чтением стихов. Поэтому в этом смысле он – этот зал – трудный. Поэтому и надо было собирать внимание… А люди, напротив, как раз что ни на есть самые простые, люди, которые, быть может, никогда некоторых поэтов и не читали… Но я видела их глаза, и они были очень внимательные… Из книг Аллы Демидовой: «1980 г. 13 июля. В 217-й раз играем «Гамлета». Очень душно. И мы уже на излете сил – конец сезона, недавно прошли напряженные и ответственные для нас гастроли в Польше. Там тоже играли «Гамлета». Володя плохо себя чувствует; выбегает со сцены, глотает лекарства... За кулисами дежурит врач «Скорой помощи». Во время спектакля Володя часто забывает слова. В нашей сцене после реплики: «Вам надо исповедаться» тихо спрашивает меня: «Как дальше? Забыл». Я подсказала, он продолжал. В этой же сцене тяжелый занавес неожиданно зацепился за гроб, на котором я сижу, гроб сдвинулся, и я очутилась лицом к лицу с призраком отца Гамлета, которого я не должна видеть по спектаклю. Мы с Володей удачно обыграли эту «накладку». В антракте поговорили, что «накладку» хорошо бы закрепить, поговорили о плохом самочувствии и о том, что – слава Богу – отпуск скоро, можно отдохнуть. Володя был в мягком, добром состоянии, редком в последнее время… …Сегодня ночью я читала «Полторы комнаты» Бродского. Он вспоминает о ленинградской квартире, где жил с родителями, и пишет, что образы прошлого всплывают в сознании картинками. Но свои воспоминания Бродский записывает как литератор — предложения у него длинные, иногда переходящие в философские размышления. Поэтому картинка возникает только тогда, когда он передает какую-то одну запомнившуюся реплику…» - Алла Сергеевна, вы блестяще знаете литературу прошлого, позапрошлого и так далее веков. А современных писателей вы читаете? И кого из них вы могли бы назвать писателем с большой буквы? - Я читаю, но с большим выбором. Например, читаю Шишкина… Пелевина? Нет, не читаю. Пробовала, но… перестала. То есть я хочу сказать, что на литературу у меня скорее старомодные взгляды. А на ваш вопрос: кого из современных писателей я могла бы назвать писателем с большой буквы?... Пожалуй, Шишкина. Да-да, его. - Вы – автор семи книг. Это огромный труд, отнимающий силы, время… Что заставило вас взяться за перо? - Ну-у, это было давно. Это был заказ издательства «Искусство». У них была такая рубрика «Творческая лаборатория». Первым написал Кончаловский, потом – я. За мной был Тарковский. Но в это время он эмигрировал и… «Творческую лабораторию» закрыли. Вот тогда я написала свою первую книгу. Затем была книга о Высоцком, но уже после его смерти… А вот последние две книжки (одна из них «Ахматовские зеркала») – это комментарии к поэме «Без героя». И я даже не знала, что с этим делать: издателя нет… А я, вообще, человек ленивый, как все актеры. И никогда сама палец о палец не ударю для того, чтобы что-то сделать. Итак, эта рукопись лежала, лежала и… как-то одна гадалка на картах мне предсказала: вот сегодня решатся твои бумажные дела. Я еще подумала: какие дела в двенадцать часов ночи?! И приходит ко мне гость, который помнит еще раннюю «Таганку», у нас зашел разговор, и я его спрашиваю: чем сегодня занимаетесь? А он: я – издатель. А я говорю: а у меня есть рукопись… Вот, можно сказать, чисто случайно, я издала «Ахматовские зеркала». Похожая история происходит сейчас и с «Письмами Тому». Пока у меня нет издателя, но из ЭКСМО, где в свое время вышла моя книжка, мне позвонили… Возможно, вопрос и решится. - А как вы относитесь к тому, что сегодня многие «не писатели» берутся за перо?.. - Очень хорошо к этому отношусь. По этому поводу у Цветаевой есть прекрасные строчки, и лучше нее не скажешь: «Записывайте все – как горит лампа, в каком платье была ваша соседка, что было на столе. Записывайте все, потому что читать через кальку времени будет очень интересно…» - То есть вы не считаете, что это – дань моде? - Может, оно и так, но записи останутся, и это очень хорошо… Из книг Аллы Демидовой: «…А накануне я прочитала изданные дневники Золотухина — «На плахе Таганки». Это воспоминания совсем другого рода. Он писал по принципу «что вижу, о том пою». Я как-то заглянула в его тетрадь во время репетиций, думая, что он записывает замечания Любимова, а на самом деле он писал: «Вошла Демидова. Села рядом». Он это делал не для фиксации факта, а для разбега руки, потому что все время хотел писать, и, надо сказать, ему это удавалось. Даже в дневниковых записях, когда он набирает разбег и попадает в какую-то «жилу» — он ее разрабатывает, и получается отдельный литературный рассказ… У меня... с памятью плохо. События налезают друг на друга, и я не запоминаю последовательности. Я забываю имена, цифры, рассказанные кем-то анекдоты, плохо запоминаю лица. Память держит только тексты пьес и стихи. Тексты пьес я вспоминаю по мизансценам, если прохожу их мысленно. Стихи же можно уложить в «быструю» и «дальнюю» память. Быстрая нужна, когда необходимо запомнить текст для кино или телевидения, а когда читаю стихи на эстраде, то запоминаю их как роли, то есть перекладываю слова на образы или цвета, а лучше — на мысленные цветные картинки… Но неожиданно, ассоциативно картинки из прочитанного, увиденного в кино или кем-то талантливо рассказанного возникают в сознании иногда более ярко, нежели картинки моего собственного прошлого. То вдруг, как вчера, в агонии бессонницы возникнет фраза из клипа Киркорова: «Ночь. Все спят...» — и будет повторяться до бесконечности, то, уже на грани сна, я вижу Бродского в старой ленинградской квартире. Причем вижу очень явственно, даже болезненно. Понимаю, что это не сон, а только что прочитанное, но оттолкнуться от этой картинки не могу. И ругаю себя: «Зачем мне это нужно? Мне нужно спать!..» - Алла Сергеевна, вы считаете, что человека можно научить говорить красиво или хотя бы грамотно? - Научить никого ничему нельзя. Научиться – можно. Если есть желание… - Роман Виктюк как-то сказал про вас: она все время в полете между землей и небесами. Вместе с тем, известно, что вы живете в центре шумной Москвы, ходите по многолюдным улицам, скажем, в булочную… Вы же ходите в булочную? - Нет, не хожу! – как-то неожиданно с вызовом ответила Демидова и прямо глянула на меня, мол, «ну и что?»… - Так как же все совместить: полет и быт? - Да все можно совместить. Вы знаете, я вообще мало изменилась, и я не люблю людей, которые меняются. Если раньше я жила в какой-то оппозиции к системе, то сейчас в оппозиции к быту. Поэтому я и не хожу в булочную. - И как же вам удается жить с этой оппозицией? - А и ничего. Не умираю. Я вообще человек нетребовательный. Из книг Аллы Демидовой: «1997 г. Июнь... Когда идешь, например, по улице Парижа, никто ни на кого не обращает внимания, ты в толпе, но ты один. От этого не устаешь. И смотришь только на небо и на прекрасную архитектуру. В Москве же, которую очень люблю, я стараюсь не ходить по улице. Все немного ряженые и постоянно друг друга осматривают. И даже не в толпе – толкаются. Почему? Я, кстати, замечала: плохие актеры на сцене всегда толкаются. Они не видят себя в пространстве и не замечают расстояния между собой и партнером. От некоторых актеров «Таганки» я всегда старалась держаться подальше». - Что вам запомнилось в этой поездке? - Вы знаете, пока я ехала, обратила внимание на дорогу… Мне она очень понравилась. Я ехала и все время повторяла: «Господи! Как совершенны дела твои», – думал больной…» Но только когда человек прикасается к этой божественной природе, он ее портит. Причем, ужасно. Эти газовые трубы поверх домов, и люди, глядя на улицу в окна, видят эти… ржавые, безобразные… Так ужасно, что человек не думает о завтрашнем дне. Это так печально… Беседа наша плавно «раскручивалась», постепенно теплела, мне казалось, что Демидова потихоньку оттаивает и раскрывается. И тут… - Алла Сергеевна, – ворвалась в разговор невесть откуда вынырнувшая журналистка то ли из какой-то районки, то ли местного радио… Впрочем, неважно откуда. Я думаю, что ни одно уважающее себя издание не подпишется под вопросом, вырвавшимся из уст бойкой коллеги. – Вы много читаете? Демидова, как мне показалось, аж вся сжалась: - Я не отвечаю на этот вопрос, – блеснули затемненные очки, и между Демидовой и нами рухнул железный занавес. Актриса торопливо раздала автографы и поспешила к выходу, где в ночи ее ждал автомобиль, кажется, старая «Волга»… Я смотрела вслед уплывающему в желтые окрестности авто и тихо ругала коллегу. Ну что бы ей хоть капельку подготовиться, почитать что-то из написанного актрисой… «…Иногда я не понимаю, для чего всю жизнь много читаю, ибо все прочитанное быстро забываю или присваиваю, причем присваиваю как собственное знание. Думаю, причина этого в актерской профессии, когда присваиваешь текст роли, чужой характер, привычки, судьбу, наконец…»
Елена Кривцова

Просмотров: 2156. Прокомментировать

Золото монастыря

24 октября 2007г., 15:34
Сейчас уже трудно себе представить Саров без подземной церкви, а ведь ровно пятнадцать лет назад вход в утерянную за «советские годы» крипту с большим трудом отыскали краеведы из «Саровской пустыни» с подсказки саровского старожила Льва Сергеевича Русина. И ныне каждого уважаемого гостя города обязательно ведут на экскурсию в подземелья. Впрочем, как считают некоторые краеведы и историки, найденная часть галерей скорее всего лишь небольшая часть огромной системы ходов, залов и келий. Так же, как и та часть кладов, что найдена на наших землях – лишь маленькая толика от того, что спрятано временем и людьми от наших глаз. И сколько еще нераскрытых тайн хранят старые стены Саровского монастыря, какие неведомые открытия еще ждут своего часа и своего удачливого исследователя! А жизнь время от времени подбрасывает неожиданные знаки, нечаянные подсказки внимательному историку. Порой ищешь одно, а натыкаешься на совершенно иное. Вот и с саровским исследователем Игорем Макаровым такое случается нередко… - Я разрабатывал тему, связанную с весьма противоречивой фигурой нашей истории – генералом Власовым, и вдруг наткнулся на любопытный документ, касающийся Сарова, – поделился Игорь интересной находкой. – В архивах Дальнеконстантиновского краеведческого музея я обнаружил написанные в 1964-66 годах воспоминания Федора Матвеевича Кашина под названием «Моя жизнь»… Этот человек родился в 1904 году в Нижегородском уезде, работал председателем колхоза в деревне Кужутки Дальнеконстантиновского района. А в ноябре 1937 года его не миновала мельница репрессий, перемалывавшая страну. Он был осужден по 109-й статье на два года лишения свободы за то, что якобы выдал колхозникам зерна больше, чем они заработали. Так и оказался в лагере на территории Саровского монастыря… И среди других его записей о том периоде можно увидеть и такой интересный фрагмент: «Это было связано с недавним подломом мануфактурного магазина. Воры прошли подземным ходом, проникли через пол и похитили много одежды и мануфактуры. Таких подземных ходов в Сарове имеется множество, и они тянутся на десять и больше километров. Об этом я знал из рассказов наших богомольцев Ромашова Е.И. и Чиндясова Н.Я. Они говорили, что сопровождающий группу богомольцев монах предупреждал, что ежели кто отстанет, то никуда не должен уходить и ждать, когда за ним придут, иначе может окончательно заплутаться и даже погибнуть…» Читая этот фрагмент, я не мог не вспомнить рассказы собственного деда, который описывал свои экскурсии в подземелья Саровского монастыря в сопровождении «специального монаха». Теме подземелий было за последние годы посвящено немало публикаций как в местной прессе, так и центральных изданиях. Впрочем, о подземельях и саровских кладах заключенный «Сарлага» Федор Кашин слышал и от других невольных знакомых, о чем довольно подробно и написал в своих воспоминаниях: «Здесь же … я слышал от пожилого банщика, местного жителя, о том, что до 1935 года здесь держали монаха, бывшего казначея монастыря, которого то хорошо кормили, то морили, применяли и прочие методы «коммунистического воспитания», заимствованные из застенков гестапо, стараясь добиться от него, чтобы он показал, где в подземелье запрятано золото монастыря, но ничего не добились, он не сказал. Тогда пробовали пустить двух собак-ищеек, одна совсем не вернулась. Банщик говорил, что монастырь имел несметные богатства, поэтому по зимам масса босяков постоянно жила на постоялых дворах, стоявших рядом с монастырем, за рекой на дороге в Темников (они стояли и в описываемое время 1937 – 38 гг.). Монахи бесплатно каждую зиму кормили их щами с рыбой или мясом и гречневой кашей досыта без нормы, кто что съест. В теплые дни они разбегались по деревням, побирались, пропивали собранное и снова возвращались на бесплатные корма. И так из года в год, пока не стало монахов… По словам банщика, ежели разобрать стены монастыря, то в них везде напрятано золото, этому можно верить, потому что в одно время шесть человек чувашей-заключенных рыли землю под собором, чтобы хранить картофель. Выкидывая захороненные останки всевозможных настоятелей Сарова, они нашли котел со всевозможными церковными принадлежностями из золота. Там были чаши, цепочки с нагрудными крестами и тому подобное, весом что-то 10-12 кг. Они решили никому не говорить о находке, вынесли за зону и там зарыли. Может быть, об этом никто и не узнал бы, но один из чувашей для забавы оставил себе нагрудный крест с цепочкой. Придя в барак, он после ужина решил посмешить людей, надел крест на шею, начал ходить по бараку, по-смешному распевал на церковный мотив, подражая русскому православному попу, над чувашем весь вечер все смеялись до упаду, но такая выходка окончилась для шестерки катастрофой. Утром его забрали, а потом забрали остальных. Начали морить: сказывай, где взяли, куда дели; они сознались, показали, где спрятали, но их снова морили, подозревая, что не все показали, и только тогда, когда один из них помер, их отпустили…» Федору Кашину, можно сказать, повезло – в заключении за стенами Саровского монастыря он отсидел всего около трех месяцев, в феврале 1938 года «дело о зерне» пересмотрели и его освободили. Федор Матвеевич работал, участвовал в Великой Отечественной, был тяжело ранен. Умер в 1983 году. Удача и в том, что он не поленился записать свои воспоминания о тех месяцах своего пребывания в Сарове, и в том, что этими записями тогда не заинтересовались «соответствующие органы», ведь они касались секретного места (вспомним, что даже из книги Аркадия Гайдара изъяли упоминание о дореволюционном Сарове!). Удача и в том, что записи эти не затерялись, сохранились в смутные перестроечные времена в музейном архиве, ну, и в том, что попались на глаза саровскому историку и писателю Игорю Макарову…
Александр Ломтев
Дополнение. Материалы о М.Ф.Кашине попали ко мне действительно не из архива Дальнеконстантиновского музея (я в то время напряженно работал сразу в нескольких архивах, вот и перепутал), а из рук одного из саровских историков. Сути дела это, впрочем, не меняет…
Игорь Макаров
Просмотров: 2726. Комментарии (3)
Архив рубрики:
2007 - Январь Февраль Март Апрель Май Июнь Июль Август Сентябрь Октябрь Ноябрь Декабрь
2008 - Январь Февраль Март Апрель Май Июнь Июль Август Сентябрь Октябрь Ноябрь Декабрь
2009 - Январь Февраль Март Апрель Май Июнь Июль Август Сентябрь Октябрь Ноябрь Декабрь
2010 - Январь Февраль Март Апрель Май Июнь Июль Август Сентябрь Октябрь Ноябрь Декабрь
2011 - Январь Февраль Март Апрель Май Июнь Июль Август Сентябрь Октябрь Ноябрь Декабрь
2012 - Январь Февраль Март Апрель Май Июнь Июль Август Сентябрь Октябрь Ноябрь Декабрь
2013 - Январь Февраль Март Апрель Май Июнь Июль Август Сентябрь Октябрь Ноябрь Декабрь
2014 - Январь Февраль Март Апрель Май Июнь Июль Август Сентябрь Октябрь Ноябрь Декабрь
2015 - Январь Февраль Март Апрель Май Июнь Июль Август Сентябрь Октябрь Ноябрь Декабрь
2016 - Январь Февраль Март Апрель Май Июнь Июль Август Сентябрь Октябрь Ноябрь Декабрь
2017 - Январь Февраль Март Апрель Май Июнь
© 2007-2017 - Газета «Саров». 16+. Главный редактор - Т.И. Горбачёва.
Перепечатка возможна только с разрешения редакции. Ссылка на gazeta-sarov.ru обязательна.
Дизайн - Анна Харитонова. Разработка и поддержка - Олег Клочков.
ТИЦ Яндекс.Метрика