Газета «Саров» Здесь могла быть
ваша реклама!
Здесь могла быть
ваша реклама!

Газета «Саров» - Культура - В краю начала начал

В краю начала начал

КартинкаПутешествие по рубежам Руси А как это было? Да примерно так, как и сегодня бывает: завяжутся в каком-либо регионе гордиевы узлы неприязни, затеснят противоречия, расползутся метастазами клановые интересы – и всё пойдёт наперекосяк. Вот и присылают «из центра» в регион «варяга», то есть человека не местного, стороннего, местечковыми интересами не повязанного, личных интересов не имеющего… Вот и в те седые годы сложилась на земле наших предков такая ситуация. «И не было среди них правды, и встал род на род, и была у них усобица, и стали воевать сами с собой; и сказали они себе: «Поищем себе князя, который бы владел нами и судил по праву». И отправили наши пращуры послов, и сказали они варягам: «Земля наша велика и обильна, да порядку в ней нет, пойдите княжить и владеть нами». И смотрели славяне, не объединённые еще единым государством, единым верованием, и не знавшие своего будущего, как, гремя латами и звеня кольчугами, варяжская дружина во главе с Рюриком и братьями его Трувором да Синеусом идёт на их земли княжить. А варяги эти назывались русью…
КартинкаКартинка
На юру истории Крепость словно вросла в землю, стала её неотъемлемой частью, естественной, словно бы и не сотворенной человеческими руками – как гора или овраг… Стены её оплыли, потеряли геометрическую четкость и суровость военного сооружения, огромные камни свалились вниз, выщербленные временем. Да и шутка ли – 1150 лет… Ныне Изборск – маленький поселок, каких тысячи на Руси – проедешь и не заметишь. А вдуматься – форпост! Едва ли не начало России… Я дотрагивалась до холодной, шершавой стены крепости и всё пыталась представить себе всю ту толщу времени, что впиталась в эти камни – свист стрел и стрельбу пищалей, тяжкий топот конницы псов-рыцарей, посвист польских сабель, автоматные очереди и взрывы гранат. Кто только не стоял под этими стенами. Шли на Русь немцы-меченосцы, шастали отряды Наполеона, поляки хозяйничали, как у себя дома, давили землю танковыми гусеницами фашисты... На самом юру истории простояла крепость все 1150 лет. Пожалуй, только Мамай сюда не дошёл… Вокруг башни свежие строительные леса – это хорошо, но навязчиво свербит мысль: если бы не празднование даты зарождения российской государственности и юбилей Изборска, вспомнили бы о ней? Последние лет 100 из 1150 лет не было до неё никому дела…
Картинка
Весеннюю вечернюю тишину нарушают только звонкие трели птиц, крики петухов, да лай дворовых собак. А крепость молчит, величественно вросшая в окрестный пейзаж; и я понимаю Рериха, который, побывав здесь, не смог не выразить свои чувства на холсте. Вот и моя душа рвалась поставить этюдник и взять в руки кисти… Под сенью полуразрушенной башни прилепилась маленькая церковка с необычной для среднерусских глаз звонницей. Я стояла у ограды, разглядывала столетние каменные надгробья с уже стертыми временем надписями, и представляла себе, как в те далёкие времена перемешивались, объединялись дикие племена, перенимали веру, заимствовали обычаи, защищались от иноземцев. Как уходили монахи в неизведанные пустынные места, обосновывались и создавали обители, которые становились духовными точками опоры будущей России. А уже вокруг монастырей росли города. Русь ширилась, растекалась широкими волнами на все стороны света. Подумать только, вот на этом самом месте, возможно, проезжал на коне сам Александр Невский! Широка Изборская котловина – за звонницей, за церковным погостом раскинулись луга, синеет лес на самом горизонте. Там, за этой грядой далёких елей, у самой эстонской границы место столь же древнее и славное для российской истории – Печёры…
КартинкаКартинка
Грозный, Пётр I, Путин… Про Свято-Успенский Псково-Печерский монастырь известно немало, и стоило ли тащиться почти полторы тысячи километров из Сарова на машине, если всё можно было узнать из Интернета? Да нет же, никогда никакой Интернет не заменит живого прикосновения ладони вот к этим камням, которым 550 лет. Разве сможешь забыть, как между высокими холмами, словно игрушечный, возникает многоцветный монастырь? А необычный Храм Успения Божией Матери, построенный прямо в горе, и его пять темно-синих, с золотыми звёздами куполов, которые расположены не привычно на гребне, а на скате крыши, спускаясь вниз, навстречу путникам. – Скажите, пожалуйста, а где вход в пещеры? Нестарый ещё монах в темном длинном одеянии приостановился и улыбнулся. – Там идёт уборка, и откроют их только завтра. Хотите, я проведу вас на Святую гору, и вы посмотрите на монастырь сверху.
Картинка
Ветер брызгал в лицо мелким дождичком, бледно-зелёными кронами шумели далеко внизу липы. Кричали потревоженные колокольным звоном галки, а мы заслушивались неторопливой речью монаха Власия: – Давным-давно один крестьянин рубил лес на склоне горы. И под корнями одного из поваленных дубов открылся вход в пещеру, а над ним надпись: «Богом зданныя пещеры». То есть сделанные самим Богом. Считается, что в них покоятся до пятнадцати тысяч человек. Есть одиночные захоронения и массовые. И что удивительно, в пещерах едва уловимый запах миры. Под грустные мысли о человеческой бренности мы с наслаждением вдыхали нежный запах весны. Удивительной нам показалась выстроенная в один ряд звонница из 17 колоколов. И у каждого своя история. Самый большой пожаловал Иван Грозный. И к нашему восторгу мы услышали мелодичные переливы колоколов. Сначала вступил высоким малиновым голоском маленький колокольчик. К нему присоединился побольше с низким тембром, а дальше вступали колокола всё мощнее и басовитее. И их перезвон, как в старину, разносился далеко по округе. – А где же звонари? – У нас необычные колокола, они приводятся в движение механически, – с затаённой гордостью ответил отец Власий, заботливо убирая веточку с тропинки. За Успенской церковью, у самой кровли, возвышались останки величественных дубов, современников монастыря. Ну, как не сделать фото на память возле такого старца? – Давайте мне фотоаппарат, я буду вас снимать, – оживился отец Власий и решительно протянул руку. Первый раз в жизни меня сфотографировал черный монах. Я точно знаю, что надолго останутся в моей памяти и два огромных камня под тенью одного из дубов, и святой источник в центре монастыря, и беседка на самом высоком месте с большим круглым столом, за которым пивали квас Ельцин и Путин. Но не они первыми здесь были из сановных людей. Опередили российских президентов Иван Грозный и Пётр I. Понимали государи значение этого небольшого монастыря на самой границе Руси… Не знаю, где еще сама почва настолько пропитана самой историей, былью и небылью, духом православия… В какую сторону ни поедешь, везде встретишь не монастырь, так часовню или церковь. Спасо-Елеазаровский монастырь, спрятавшийся в лесах по дороге к Чудскому озеру недалеко от Изборска, запал в душу не только своими чудотворными иконами Цареградской Божией Матери и Спаса Всемилостивого, явившегося в Пскове в 1352 году, и не тем, что именно здесь в первой половине XVI века был переписан экземпляр «Слова о полку Игореве», попавший впоследствии к Мусину-Пушкину… А чем? Сразу и не скажешь… Тишиной? Вековым спокойствием? Приветливостью монахинь?.. Ярко-преярко светило солнце и трепало горячими ладошками. И так не хотелось уезжать от белоснежных стен монастыря. Шумная Жучка, виляя хвостом, проводила нас до ворот, гавкнула и побежала по своим делам.
Картинка
Ветер истории Чудское озеро. Синь воды и синь неба. И желтая осока по низким берегам. И ветер – ветер истории… Не тут ли дружины Трувора и Рюрика выходили из своих ладей, впервые ступая на русский берег. Стояло ли уже тогда сельцо Кобылье городище, что неподалёку от предполагаемого места Ледового побоища? Здесь, в единственном в округе сохранившемся храме Архангела Михаила с восьмискатной кровлей меня удивил огромный деревянный крест. – Что это? – Памятный крест дружинам Александра Невского. Пришёл в негодность и упал во время урагана семь лет назад. На его месте уже каменный, – ответил прихожанин, держа на руках молчаливого ребёнка. КартинкаПо этим краям можно ездить неделями и то и дело открывать для себя что-нибудь новое и значимое. Псков. Напитанная впечатлениями от легенд и красот его окрестностей я бродила по самой интересной достопримечательности города – Довмонтову Городу, и восхищалась высоченным – девяносто два метра! – Троицким собором. Воздвигнут он был на месте, указанном первой христианкой Руси – Святой Равноапостольной княгиней Ольгой. И даже мелкий моросящий дождь не отвлекал от восторженного созерцания этого громадного храма, похожего на ракету устремлённую ввысь. По территории кремля бродили чайки и голуби, зацветали первые цветы; пахло весной и веками... Когда мы поднялись по широкой крутой лестнице, и, перешагнув порог собора, я поразилась объёму уходящего вверх пространства. Шесть мощных колонн затерялись в высоте грандиозного интерьера, освещённого сверху тремя световыми барабанами. А до чего же огромен семиярусный иконостас с объёмной позолоченной резьбой в виде виноградной лозы с крупными гроздьями, обрамляющей ряды икон XVII века! Изумительно! Пахло ладаном, в полумраке я смотрела на подёргивающееся пламя свечи перед иконой и просила за своих родных и близких, и верила: у них будет всё хорошо… Уже перед самым отъездом, в последние минуты прогулки по Пскову туристической фотографией запечатлелась в памяти картинка, увиденная с моста через реку Пскова – мы просто обомлели от контраста. На левом берегу возвышались могучие стены древнего русского кремля, и всё дышало седым православием, а на правом плотно жались друг к другу трёхэтажные домики в западном стиле: розовый, оливковый, нежно-голубой, жёлтый – то ли уголок Стокгольма, то ли прибрежная улочка Хельсинки… КартинкаДля справки. Изучение проблемы образования государства у восточных славян в течение длительного времени было неотделимо от рассказа «Повести временных лет», обычно именуемого «легендой о призвании варяжских князей». В ней говорится о событиях начала 60-х гг. IX в., когда среди ряда северных славянских племен возникли острые разногласия («встал род на род»). Разрешить этот конфликт оказалось возможным лишь с помощью обращения к одному из варяжских князей – Рюрику, представителю племени, известного летописцу как «русь», который согласился «княжить и володеть» в Новгороде. По сообщению летописи это произошло в 862 г. Именно 862-й год и стал отправной точкой в развитии государства. Его символом стал не столько Рюрик, сколько развивающаяся в годы его правления сеть городов. Через двадцать лет новгородские и киевские земли были объединены князем Олегом. Именно тогда и возникла, утвердилась и обустроилась могущественная держава в Европе, можно сказать, федеративная империя, где наряду со славянами-русскими жили финны, скандинавы, группы кочевников, представители других племен и народов. Всего в сложении Руси IX-X вв. приняли участие 22 племени и этнических образований.
Наталья Файкова

Опубликовано 25 мая 2012г., 10:30. Просмотров: 2887.

Комментарии:



Эту заметку пока никто не комментировал.



Чтобы использовать комментарии, необходимо зарегистрироваться и/или авторизоваться ВКонтакте.

© 2007-2021 - Газета «Саров». 16+. Главный редактор - М.Ю. Ковалева.
Перепечатка возможна только с разрешения редакции. Ссылка на gazeta-sarov.ru обязательна.
Дизайн - Анна Харитонова. Разработка и поддержка - Олег Клочков.
ТИЦ Яндекс.Метрика