Газета «Саров» Здесь могла быть
ваша реклама!
Здесь могла быть
ваша реклама!

Газета «Саров» - Культура - Там, где каша пища наша

Там, где каша пища наша

«Сорока-белобока печку топила, кашу варила…» Нас уже давно не волнует, какую же кашу варила та сорока… В УШАКОВО …Июльское солнце выедало последние кусочки спасительной тени, когда на щербатом заборе на окраине села вдруг заорал петух. Да так звонко, что собачка, деловито спешившая куда-то посередине безлюдной улицы, притормозила всеми четырьмя лапами. Петух продолжал голосить, пока коротконогая «сосиска», в секунду оказавшаяся под забором, устраивала вихлястый зад в теплую дорожную пыль. Но тут петя замолчал, бросив на незваную слушательницу ястребиный взгляд, поблескивая при этом антрацитовым хвостом. И вот уже острый клюв прицелился прямо в наивный собачий нос, ни о чем не подозревающий… Кто знает, чем бы все закончилось, если бы не трактор, поднявший выцветшую пыль в горячий воздух. Она тут же захрустела на зубах, возвращая в действительность, где воскресный денек уже давно перевалил за полдень, а мы опаздывали, конечно же, заблудившись в бесконечных дорожных перекрестках Гагинского района на пути к селу Ушаково. Вот когда бы я еще увидела его, и этого петуха, и эту кудлатую «сосиску» на коротких лапках, если бы не праздник русской каши, который вот уже седьмой год устраивают ушаковцы. – Подскажите, пожалуйста, – притормозили мы возле первого попавшегося пешехода – женщины с тяжелыми сумками в руках. – Где тут улица Галкина? Тетка аккуратно поставила на землю ношу и медленно разогнула спину. – Там, – махнула она рукой в конец села, куда только что умчалась «наша» собаченция, бросив сердитого певца на заборе. Женщина пригляделась к нам: – А вам случайно не на праздник каши? Мы дружно закивали. – Так сразу бы и сказали! – вдруг преобразилась селянка, и влажное от пота лицо засветилось улыбкой. – Езжайте до перекрестка, а потом свернете направо. Там увидите – народу будет много… Ориентир оказался самым что ни на есть верным. Народ мы увидели, едва свернув на перекрестке – людской ручей тянулся куда-то в конец улицы, и мы сразу решили «плыть по течению». Люди здоровались с нами, заглядывая в открытые окна нашей машины, и поздравляли с праздником. Незнакомые мужчины и женщины, бабушки и дедушки улыбались нам так, что становилось неловко. Удивительными людьми оказались ушаковцы. Они приняли нас как дорогих гостей буквально хлебом-солью. И все норовили подкормить, сунуть кусочек получше. Забегая вперед, скажу: поразительная вещь, но на этом празднике мы не оказались чужими… – Здрасьте! И вам здрасьте! И вас с праздником! – раздавалось со всех сторон, и чьи-то теплые руки касались плеч, едва мы вышли из машины, притормозив возле дома, где все уже было готово к празднику. За накрытым столом прямо на улице сидели старейшины села. Рядом крутились дети, под ногами сновали местные собаки, поблескивали «зрачки» телекамер и фотоаппаратов. Сельский библиотекарь Мария Ивановна Ершова – идейный руководитель праздника – раздавала последние наставления артистам художественной самодеятельности. Надо отдать должное ее организаторским способностям: перед праздником Мария Ивановна обошла все местные власти с просьбой о помощи. Позже библиотекарь хвалилась: мол, никто не отказал, «а особенная благодарность директору колхоза Владимиру Петровичу Ежову и главе сельской администрации Сергею Владимировичу Куликову». Ведь это только в сказке кашу можно сварить из топора, а народ накормить, напоить со скатерти-самобранки. Да и подарочки старожилам и поварихам на что-то надо же было купить. В общем, гулять, так гулять… КАША – ПИЩА НЕ НАША? Каша. Наваристая. Ароматная. Рассыпчатая… Помните – «Ложечку за маму, ложечку за папу…». Или еще – «Сорока-белобока печку топила, кашу варила…» Нас уже давно не волнует, какую же кашу варила та сорока. Да и сами каши мы давно не едим. Как-то незаметно и потихоньку они почти исчезли с нашего стола. Чего уж там, и стола-то исконно русского почти нет. Все чаще на бегу перехватываем. Вот именно, что-нибудь быстрорастворимое из пакетиков. А на праздники? В итальянской кухне мы порой стали разбираться гораздо лучше, чем в своей, родной. Как-то заглянула в кулинарную книгу старинной русской кухни и оторваться не смогла. Названия – как поэмы. У меня даже не хватило фантазии хотя бы представить себе эти блюда и ингредиенты. А однажды разозлилась и попыталась приготовить гурьевскую кашу. Приготовила. Даже собака есть не стала. Спасибо дворовым голубям. А щи? Вот вы знаете, как готовятся настоящие русские щи? Возможно кто-то и знает, только вот приготовить все равно не сможет. Потому, что настоящие русские щи не получатся без русской печи. Впрочем, и каша тоже. Это только протертые супчики на газовой плите можно сварить, а потом в микроволновке разогреть. Нет, все-таки не всегда на смену хорошему приходит лучшее. Из нашего рациона ушло «живое», настоящее, здоровое. Например, ревень. Сегодня редко у кого на шести дачных сотках растет этот вкуснейший лопух. А если у кого и растет, то наверняка его почти не подают на стол. А кто сейчас знает, что в свое время Россия торговала ревенем с Западом наравне с пушниной… КАШУ ЕСТЬ – НЕ ДРОВА РУБИТЬ –…Едет! Едет! – звонко кричали мальчишки, оповещая заждавшийся народ о начале праздника. – Каша едет! Народ за столом и вокруг начал оживленно переговариваться, поглядывая в сторону подъехавших легковушек. Честно говоря, в этот момент я подумала, что каша будет не настоящая. Мне показалось, что вот сейчас из машины выйдет какая-нибудь молодуха в русском костюме и будет представлять «Кашу», как в рекламе по телику про быстрорастворимую лапшу «Доширак»: «Лапша, а вы не останетесь на ужин?», а в ответ: «Настоящая лапша на ужин не остается». И сначала даже не поняла, что тащат из машин мужики на покрывалах, провисающих под тяжестью до самой травы. – Осторожно, – прикрикнул один из них на женщину в фартуке, бросившуюся помогать. – Чугунки еще огнянные! И действительно, в покрывалах оказались чугунки. Только я бы назвала их чугунищами, каждый литров на десять, не меньше. И в каждом каша: рисовая, гречневая, пшенная, гороховая. Когда приоткрыли крышки, по улице поплыл, ну, просто сказочный запах. Учуяв его, народ еще больше заволновался: всем ли хватит? А какую кашу первой подадут? Дети, прямо как мухи, закружили вокруг, несмотря на то, что у каждого в пузе уже переваривалось не по одному пирогу. С яблоками, с грибами, с луком… Румяными пирогами и ватрушками был уставлен весь стол, но до начала праздника старики к ним даже не притронулись. Ждали кашу. И дождались. С пылу, жару. Под грянувшую песню артистов из местного клуба ароматную кашу, наконец, разнесли вместе с водочкой на подносах, и вскоре со всех сторон послышалось: – Эх, хороша! Эх, вкусна! – Кушайте, гости дорогие, – суетилась Мария Семеновна Куликова – хозяйка дома, принимавшая на этот раз чуть не полсела у себя во дворе. Она и ватрушки да пироги пекла два дня «неспамши». – А кашу у нас варят особенные люди, – шепнула мне сидящая за столом пожилая женщина. Я поинтересовалась, что значит особенные? В смысле кулинары особенные, что ли? – И это тоже, – кивала головой Лидия Ивановна. – А особенные потому, что им всегда доверяют варить кашу для поминок… «НИЧАВО ЖИВЕТСЯ!» Говорят, Ушаково возникло еще при Иване Грозном. Тогда оно было просто сельцом в семь десятков дворов. Один конец сельца называли Ульяновский (по имени первой помещицы), другой – «Судаков конец» (по имени второго барина). А середину села называли Каратаевский… Сегодня в Ушаково живут восемьсот человек, и, судя по тому, какие в селе крепкие и нарядные дома, живется им здесь… – Да ничаво нам тут живется, – Зинаида Михайловна Сержантова или просто бабушка Зина прожила в Ушаково вместе с мужем всю жизнь. Дети уже выросли, выучились, разъехались кто куда. Внуков деду с бабой народили, а они в свою очередь правнуков. – И все бы у меня хорошо было, если бы… не вино. Мешат маненько оно, вино-то. Пьет мой дедушка, ох, выпиват… Тень печали пробежала по лицу бабушки Зины и тут же растворилась в покоряющей искренностью улыбке: – Не, ты не подумай чаво, Бога гневить не буду – живется мне хорошо. Я довольна. Вот только подольше пожить бы так-то вот. Как думашь? Вопрос бабушки застал врасплох. От растерянности я прильнула к ее хрупкому плечу и тут же почувствовала на голове ее руку – уже почти невесомую… СТРЯПУХИ Конечно же, мы не могли уехать без рецепта каш. Правда, я долго не могла выбрать, какая из них самая вкусная. Поверьте, обжорством не страдаю, но уплетая первую порцию, я подумывала уже о второй, третьей… А ведь каш было четыре вида! А пироги, а молоко из погреба. В общем, сама не знаю, как не лопнула. Ароматную кашу ели-уплетали за обе щеки кругом, запивали водочкой, молочком, беспрестанно нахваливая стряпух за их мастерство. Молчали лишь деревенские собаки и то только потому, что их рты были набиты кашей. Кстати, среди них я приметила ту саму кудлатую «сосиску», которая к этому моменту еще больше раздулась и стала «сарделькой». Короче говоря, пир в Ушаково получился на весь мир, и, честное слово, подобного я еще не видела… – …Я варила рисову кашу, – призналась бабушка Тоня, стеснительно спрятав руки под стол. – Как варила? Да просто: масло, молоко, рис – все наклала в чугун, как положено. Сольки чуток, сахарку… У нас ведь в селе давно заведено справлять праздник каши. Уж не знаю, откель завелось, но справляют много лет… В те года-то кашу варили в других селах, а в этом – наш черед… – Наш, наш, – поддержала подружку бабушка Зина, сварившая пшенную кашу. – У меня ведь уже были горьковские-те корреспонденты – все про кашу выспрашивали: как варю, мол, из чего? Я им уж дала интирвю. Теперь и ты слушай: беру восьмилитровый чугун и мерею восемь кружек пшена. А на кружку пшена отмеряю две кружки молока. Я его сначала вскипячу, затем обвариваю им пшено. А потом варю кашу на медленном огне. А уж в самый последок ставлю чугун в раскаленную печку… Вкусно? Это из-за масла. Мне привезли сливочного, но я его в кашу не клала – себе оставила. Вместо него я положила пол-литра топленого масла (у меня корова-те своя!), десять яиц взболтала и в чугун к каше…Томила в печи часа три, чтоб разопрела. Ну и соль, сахара примерно по две ложки столовые. Правда, сахарку чуть поболее… – Да уж, мы сладенькое любим, – согласилась еще молодая женщина и тут же смущенно покраснела. Клавдия Петровна варила гороховую кашу. Шесть часов у нее отмокали все семь килограммов гороха. – Во время варки я добавила ложечку соды, чтобы горох получше разварился. А потом томила кашу в печи часа два. Утром пораньше встала и сварила. Делов-то… Гречневую кашу варила Нина Николаевна Корсукова. В десятилитровый чугун высыпала десять кружек гречки, соль, сахар по вкусу, масла пощедрее. – Уж не знаю, вкусная аль нет? – смущенно улыбалась стряпуха. – Ну, думаю, народ определит… ЧЕРЕЗ НЕ МОГУ Народ определил. Не успели и глазом моргнуть, как каши в огромных чугунах осталось лишь на самом донышке. Разомлевшие от пира ушаковцы галдели, затягивали одну за другой застольные песни. Время от времени их сменял хор артистов, раскрасневшихся от зрительского внимания и жаркого солнца. Но как только выходил их художественный руководитель Владимир Александрович Сергеев и взмахивал по-дирижерски руками, артистки в русских сарафанах тут же вступали: «Всем известно по соседству И на расстоянии, Что без каши ушаковцы Жить не в состоянии…» …В тенечке отдыхали женщины, которые все это время бегали по жаре с подносами, с тарелками, потом мыли, убирали все и вновь подносили угощения, и вновь всех обихаживали, над каждым хлопотали, каждому рюмочку подносили. Да все с шутками, да с прибаутками… Глядя на них, любуясь ими, я все думала: ну, какие же они молодцы! – Еще кашки? – нагнулась ко мне хозяюшка. Красивая, румянец во всю щеку. – Спасибо, уже не могу. – А ты через не могу, – протянула она мне полную кружку парного молока и проследила, чтобы ни капли не упало мимо рта. Приняв обратно уже пустую посуду, одобрительно взглянула. – А на дорожку я вам дам банку с молоком… – Ну, как вам наш праздник? – подсел к нам глава администрации. – Вообще-то, у нас сельским праздником считается Троица. У всех Рождество – семейный праздник, а у нас в Ушаково – Троица. Весь народ семьями собирается на лугах, там и массовое гулянье проходит, там же чествуем, как сегодня, заслуженных ушаковцев и с днем рождения поздравляем… Приезжайте к нам на престольный праздник – Троицу, не пожалеете. – А церковь в селе есть? – поинтересовались мы у Сергея Владимировича. – Нет, – вздохнул глава. – Была раньше, после гражданской разрушили полностью. Кто? Да люди. Сначала в окопах погибали от вшей, от пуль, а в село пришли с войны злые и разрушили до основания… Сейчас у нас только молельный дом, правда, он стоит как раз на месте старой церкви… *** Солнце устало, словно тоже объелось кашей, клонилось к горизонту. Гуще запахло травами, глуше стали деревенские звуки. В гостях хорошо, а дома лучше. Пора. Из-за столов нас едва отпустили, и все зазывали наезжать, не забывать село Ушаково. Да и как забудешь. Рыжий мальчишка вертелся у машины: – А вы из города? А у вас машина – иномарка? А вам наша каша понравилась? Понравилась, очень понравилась. А еще больше понравились жизнерадостные, неунывающие ушаковцы – и баба Зина, и Мария Семеновна, и Клавдия Петровна, и Нина Николаевна, и сам глава Сергей Владимирович, и ветеран сталинградской битвы Петр Петрович Кашмин, и рукодельница Инесса Борисовна, и заводная выдумщица Мария Ивановна Ершова, придумавшая такой замечательный праздник, какого нигде больше нет…
Елена Кривцова

Опубликовано 23 июля 2008г., 19:54. Просмотров: 3864.

Комментарии:



Эту заметку пока никто не комментировал.



Чтобы использовать комментарии, необходимо зарегистрироваться и/или авторизоваться ВКонтакте.

© 2007-2021 - Газета «Саров». 16+. Главный редактор - М.Ю. Ковалева.
Перепечатка возможна только с разрешения редакции. Ссылка на gazeta-sarov.ru обязательна.
Дизайн - Анна Харитонова. Разработка и поддержка - Олег Клочков.
ТИЦ Яндекс.Метрика