Газета «Саров» Бесплатные объявления Медицинский центр «Академия здоровья»

Газета «Саров» - Жизнь как она есть: Aрхив за июнь 2007 года

Семь лет без покоя в душе. Исповедь солдатской матери

06 июня 2007г., 14:52
«…Прочитала в вашей газете статью «Огнестрельное баловство» и решила вам написать. Сразу оговорюсь, я не против армии. Я против той армии, в которой нет порядка, а есть – «дедовщина» и беспредел. Я против той армии, где гибнут наши сыновья. Примерно семь лет назад я проводила в армию своего сына. Помню, с каким нетерпением я ждала от него первого письма и, наконец, дождалась. Сын писал о том, что попал в Подмосковье, в часть, где вместе с ним будут служить ребята из Нижегородской области. Как же я радовалась: мой мальчик будет служить два года вместе с земляками, почти что братьями. А потом я, конечно же, поехала к сыну на присягу. Приехав в часть, я увидела, как по крыльцу КПП разгуливает пьяный прапорщик. Мне тогда надо было сразу же задуматься: куда смотрит командир части?! Но все как-то закрутилось, завертелось. Нам, родителям, показали часть, где будут служить наши сыновья, провели с нами собрание. В общем, домой я вернулась со спокойной душой. И вот однажды я увидела по телевизору программу «Вести». Я прислушалась к тому, что говорил диктор. А он рассказывал о ЧП, которое произошло в части, где служил мой сын. Так я узнала, что какой-то солдат расстрелял своих сослуживцев. У меня сердце дрогнула, но я еще пыталась думать только о хорошем. Все рухнуло в один момент, когда ко мне пришел военком и сообщил, что мой сын погиб. Я не верила в это, когда дозванивалась в часть. Но и там мне сказали… Я не знаю, как я смогла перенести все. Если честно, то я не искала сочувствия – моего мальчика этим не вернешь. Но вместо какого-то понимания и добрых слов мне пришлось услышать упреки и пережить унижение. От кого? От людей в погонах. Их поведение описывать не буду – Бог им судья. Ведь мне встречались и военные, которые отнеслись к моему горю с пониманием и по-человечески. Если было бы побольше таких людей в армии, может, и перестали бы мы терять своих сыновей… Когда хоронили моего мальчика, двери в наш дом не закрывались. Попрощаться с ним пришло все село, приезжали друзья сына… И все молились за моего мальчика. Я хочу выразить благодарность всем, кто пришел к нам в тот день. Хочу сказать спасибо за поддержку материальную и моральную. Огромную помощь мне оказало предприятие, на котором я работала. Спасибо, добрые люди. После похорон начались мои мытарства. Получая деньги в соцобеспечении, я спросила: положены ли мне – матери погибшего солдата – какие-то льготы? Мне ответили: нет! Затем меня послали в сельскую администрацию, где вроде бы мне выделили материальную помощь. Но, когда я пришла в администрацию, мне сказали, что деньги за меня уже кто-то получил. Мне стало так обидно. И дело тут не в деньгах, а в отношении. Если рассказать все, что мне пришлось вынести, то бумаги не хватит. Да и не хочу я бередить раны. Потом был суд. К тому времени я уже узнала, что солдат, застреливший моего сына, оказывается, болен шизофренией. В материалах дела я прочитала, что убийца еще до армии состоял в партии баркашовцев. У него в квартире находили оружие. Он пытался покончить с собой. Проучившись в Выксунской духовной семинарии год, это парень был отчислен за плохое поведение. Знаете, что меня больше всего поразило? То, что с такой характеристикой его взяли в армию, где служат нормальные, хорошие ребята. Более того, его взяли с диагнозом, который был озвучен в суде: параноидальная шизофрения! Как такого глубоко больного человека пропустила медкомиссия? Кто дал в руки шизофренику оружие? На суде убийца был признан невменяемым. И его не посадили за решетку, а отправили лечиться. Разве это справедливо? Человеку, который у соседа банку огурцов украл, дают 7 лет… В заключение хотелось бы сказать вот о чем: сначала нужно навести порядок в высших армейских чинах, а уже потом среди солдат. Чтобы люди с офицерским званием не истязали рядовых солдат, а учили бы их – как воевать, как защищать Родину. А уж коли случилась промашка, нужно поступать так, как должно русскому офицеру, не унижая ничье достоинство. И в первую очередь – офицеры должны разъяснять родителям, что в связи с потерей сына они, родители, имеют право на льготы. В моем случае все было наоборот. Я вообще начала пользоваться льготами только через три с половиной года. И то благодаря фонду Права матери. Мне оттуда очень много полезной информации прислали. А мой бывший муж до сих пор не пользуется положенными льготами. Ему даже извещения о смерти сына не выдали. И в этом «заслуга» нашего бывшего дивеевского военкома. Ну, вот, обещала не писать об этом, а сама… Извините. Для меня эта тема, как соль на рану. С уважением, Нина Васильевна Кочнева» ОТ РЕДАКЦИИ. Прочитав письмо солдатской матери, мы выехали в Дивеево, где и встретились с Ниной Васильевной. И с ее сыном – Дмитрием. Он жил на фотографиях из семейного альбома: улыбался, грустил, сидел за праздничным столом, обнимался с девушкой, позировал перед фотообъективом в солдатской форме и с автоматом в руках... Я разглядывала фотографии и слушала сбивчивый рассказ матери. Сказать, что горе перевернуло всю ее жизнь и совершенно изменило Нину Васильевну, значит, ничего не сказать. Я всматривалась в лицо счастливой женщины на фотокарточке, где она рядом с живым, красивым сыном в солдатской форме, и не верила, что передо мной сидит та же самая женщина, только семь лет спустя… Столько лет прошло, а Нина Васильевна все еще никак не может привыкнуть к мысли, что ее мальчика нет. Для любой матери свой ребенок – самый красивый, самый лучший. И для Нины Васильевны ее Димка был радостью и счастьем. Она гордилась своим мальчиком и не жалела ни сил, ни денег на то, чтобы он выучился и встал на ноги. Дима оправдал материнские надежды – закончил армасский сельскохозяйственный колледж. Собрался уже жениться, строил планы на будущее, где в крепкой семье обязательно будут подрастать детишки – двое, а может, и трое, а их бабушка – еще совсем молодая – будет их нянчить. А потом даст Бог и внуков… Все планы нарушила повестка из военкомата. Как всякая мать, Нина Васильевна не хотела, чтобы сын шел в армию. Безусловно, материнское сердце тревожилось, но женщина прочь гнала от себя «черные» мысли. И перед дальней дорогой она легкой рукой перекрестила уже наголо побритого сына… Дима прослужил в армии ровно четыре месяца. – …Все случилось, когда он шел в караул. Как мне потом объяснили, мой сын должен был идти в строю последним, но почему-то поменялся с товарищами…Пуля сразила его намертво, затем был убит выстрелом в голову его товарищ. А еще один солдатик, он родом из Москвы, получил тяжелое ранение. Он один из троих и выжил. Просто чудом выжил, на всю жизнь оставшись инвалидом. А ведь этим двум мальчишкам до увольнения из армии оставалась неделя… Гроб с телом сына привезли лишь на восьмой день. Вроде как уже нужно было хоронить. Но я сказала: мой сынок не брошенный, он должен напоследок побыть дома… А потом был суд и приговор убийце. Я все хотела посмотреть в глаза того, кто убил двух мальчишек и сделал инвалидом третьего. Только ради этого я и поехала в Москву на суд… Но убийцы не было даже на приговоре. Нам сказали, что его отправили лечиться. И даже не отправили, а он сам поехал…Представляете, он живет, где-то там лечится, и даже, кажется, не за решеткой. А моего сына нет. И уже никогда не будет... Обида кипела в душе матери, она не давала ей жить. Нина Васильевна подала в суд исковое заявление, обратившись за помощью к опытному адвокату Владимиру Яковлевичу Мурееву. - В исковом заявление речь шла не о возмещении морального вреда, а о компенсации, – вспоминает Муреев, защищавший интересы потерпевшей стороны судебного дела. – Понятно, что никакая компенсация не вернет матери сына, но у моей подзащитной подрастала дочь. На тот момент она была еще школьницей. Девочку матери нужно было как-то поднимать, а здоровье ее было подорвано. Каким-то подспорьем для матери могла стать денежная компенсация за погибшего сына. Но тут встал вопрос, на кого подавать иск, кто будет ответчиком в деле? Часть, в которой служил погибший, или Министерство обороны, допустившее, что в армию был призван человек с тяжелейшим психическим заболеванием, что, собственно, и стало причиной убийства? Ведь, как выяснилось из материалов дела, подсудимый был болен всю жизнь, с самого детства. Но его мать скрывала этот факт. И, конечно, прежде всего она виновата в том, что ее сын убил двоих. Но нельзя скидывать вину и с военачальников. Ведь это они прошляпили шизофреника. Поэтому я решил, что за гибель Дмитрия будет отвечать Министерство обороны и военкомат, откуда парень призывался. Суд по иску солдатской матери принял решение в пользу потерпевшей и обязал выплатить ей денежную компенсацию в размере 400 рублей. Человеческая жизнь была оценена в четыре сотни рублей. Обжаловать решение суда Нина Васильевна не захотела. Простила? Скорее всего. Она вообще многое простила и тем, кто ее унижал и обманывал, вместо того, чтобы помочь убитой горем матери. В Дивееве до сих пор живет нехороший слушок о пропавших деньгах, которые вроде как полагались на похороны солдата. Как говорит Нина Васильевна, здесь село, а не город, поэтому-то все как на ладони. …Дрожащими руками мать перебирает фотографии, где ее мальчик живой и невредимый. Уже семь лет, как она оплакивает сына. Семь лет, а она никак не может привыкнуть к мысли, что никогда не увидит его, не обнимет… Она все еще не может прийти в себя. А тогда – семь лет назад… -…Слезы лились рекой. Это сейчас они все больше внутри меня. Я никогда не думала, что можно про себя плакать… Ведь я написала вам письмо только потому, что думала: хоть как-то поддержу других матерей. И если этого не получилось, уж извините меня… P.S. Не так давно в Дивееве еще одна солдатская мать не дождалась из армии своего сына. Его тело нашли в трансформаторной будке на территории части, где он служил. Сейчас идет следствие. Интересы матери защищает юрист Муреев. По его словам, экспертиза установила: у погибшего парня была обнаружена черепно-мозговая травма. Возможно, это и послужило причиной его смерти. Но военачальники пытаются все списать на погибшего: мол, он воровал цветметалл и поэтому залез в трансформаторную будку. Там его током и убило. Владимир Яковлевич считает, что это версия более чем несостоятельная. Ведь дивеевский парень был электриком. И потом, когда его уже полуразложившееся тело нашли внутри трансформаторной будки, она была заперта на замок снаружи. Выводы напрашиваются сами собой: солдата, скорее всего, убили. Ходят слухи, что в деле замешан сын одного командира. Найдет ли это свое подтверждение в суде, согласится ли он с аргументами защитника матери, покажет время. И, возможно, тогда Министерство обороны вновь будет отвечать за гибель еще одного своего солдата. «…Я не против армии. Я против той армии, где царит «дедовщина» и беспредел. Я против той армии, где гибнут наши сыновья…» Сколько еще матерей согласятся со словами автора?
Елена Кривцова

Просмотров: 2449. Комментарии (1)
Архив рубрики:
2007 - Январь Февраль Март Апрель Май Июнь Июль Август Сентябрь Октябрь Ноябрь Декабрь
2008 - Январь Февраль Март Апрель Май Июнь Июль Август Сентябрь Октябрь Ноябрь Декабрь
2009 - Январь Февраль Март Апрель Май Июнь Июль Август Сентябрь Октябрь Ноябрь Декабрь
2010 - Январь Февраль Март Апрель Май Июнь Июль Август Сентябрь Октябрь Ноябрь Декабрь
2011 - Январь Февраль Март Апрель Май Июнь Июль Август Сентябрь Октябрь Ноябрь Декабрь
2012 - Январь Февраль Март Апрель Май Июнь Июль Август Сентябрь Октябрь Ноябрь Декабрь
2013 - Январь Февраль Март Апрель Май Июнь Июль Август Сентябрь Октябрь Ноябрь Декабрь
2014 - Январь Февраль Март Апрель Май Июнь Июль Август Сентябрь Октябрь Ноябрь Декабрь
2015 - Январь Февраль Март Апрель Май Июнь Июль Август Сентябрь Октябрь Ноябрь Декабрь
2016 - Январь Февраль Март Апрель Май Июнь Июль Август Сентябрь Октябрь Ноябрь Декабрь
2017 - Январь Февраль Март Апрель
© 2007-2017 - Газета «Саров». 16+. Главный редактор - Т.И. Горбачёва.
Перепечатка возможна только с разрешения редакции. Ссылка на gazeta-sarov.ru обязательна.
Дизайн - Анна Харитонова. Разработка и поддержка - Олег Клочков.
ТИЦ Яндекс.Метрика