Газета «Саров» Здесь могла быть
ваша реклама!
Здесь могла быть
ваша реклама!

Газета «Саров» - Жизнь как она есть - На самом деле все было иначе, чем в действительности (окончание)

На самом деле все было иначе, чем в действительности (окончание)

КартинкаОкончание. Начало в №30. В интернете представлены письма и телеграммы, направленные в поддержку Сахарова, в том числе и такие: «Я узнала, что Вы поставили себе целью жизни – защиту человека». Н.И. Кузьменко из Гомеля. А летчики не люди? «…прискорбно происшедшее 2.06., но Вы прошли через более трудные времена. Поэтому прошу – не складывайте оружия…» (П.Хвень, Арзамас). О каком же оружии идет речь? Маршал С.Ф. Ахромеев (в годы операции в Афганистане – начальник Генерального штаба) заявил: «Никаких документов в подтверждение своей лжи академик Сахаров не найдёт». Так и произошло. Через полгода Сахаров умер, и оказалось, что ни у кого нет желания разбираться с эпизодом оскорбления советских летчиков Признаюсь, тогда высказывания Сахарова вызвали у меня недоумение. Оказалось, у него не было элементарного любопытства к специфике работы летчиков, а ведь в значительной мере его слава и награды связаны с их высоким профессионализмом и самопожертвованием. По приказу командования летчик, выполняя боевой вылет, чтобы нанести вред врагу, рискует жизнью. В боевых условиях случались и удары по своим. В таких случаях возбуждается судебное расследование. Но, пожалуй, более многочисленны случаи, когда летчики, нарушая запрет командования, спасали своих товарищей. А иногда и сами гибли при этом… Нужно обладать своеобразным мышлением, чтобы считать естественным, что летчик, выполняя преступный приказ, будет сознательно рисковать своей жизнью для того, чтобы убить своих, попавших в трудное положение... Естественно, что при недостатке информации человек готов верить тем версиям событий, которые не противоречат его миропониманию. Он исходит из своего жизненного опыта, из своих внутренних установок – как он и сам бы поступил в такой ситуации. Именно поэтому честные люди чаще других становятся жертвами жуликов. Историки часто приводят пример: во время суда революционеров над французской королевой Марией-Антуанеттой в 1793 году парижские проститутки не могли и мысли допустить о ее верности своему мужу. На мой взгляд, Сахаров, забыв о презумпции невиновности, не только оскорбил несколько сотен летчиков, живых и погибших, но и дал серьезный повод сомневаться в высокой нравственности его и его коллег. КАК ЭТО БЫЛО Расчеты предсказывали существенно большую мощность новых изделий РДС-37 по сравнению с ранее испытанными, и для обеспечения безопасности экипажа потребовась специальная подготовка самолетов. Во-первых, бомба была оборудована парашютом. Это замедлило снижение бомбы и позволило уйти самолету-носителю на безопасное расстояние. Во-вторых, были выполнены усиления конструкции самолета, смытие всех надписей и нанесение на все поверхности отражающего покрытия. Модификация самолета Ту-16 – носителя ядерного оружия – носила наименование Ту-16А. Наличие «несмытых» звезд на хвостовой части вызывает сомнение в правильности подписи представленного фото. Следует отметить, что летчики были поставлены в сложное положение. На все подготовительные работы к планируемому эксперименту с РДС-37 ушло всего около двух месяцев. При таких коротких сроках комплекс обычно принятых летных испытаний не был проведен. Была нарушена и отработанная к этому времени схема работы авиации: 1. Два самолета – носитель испытываемой бомбы и дублер с макетом этой бомбы (без активных материалов) выполняли заход на цель. Экипажи обоих самолетов выполняли прицеливание с помощью оптических и радиолокационных прицелов. В случае отказа прицельных устройств самолета-носителя сброс экспериментальной бомбы осуществлялся по сигналу самолета-дублера. В данном испытании полет самолета-дублера не предусматривался из-за отсутствия второго дооборудованного самолета. И это было предпосылкой к ЧП. 2. Истребительное сопровождение. Охрана самолета-носителя в полете выполнялась посменно парами истребителей МиГ-17. Их летчикам предписывалось применять оружие вплоть до поражения для предотвращения умышленных уходов самолётов-носителей за пределы оговоренных заданием зон. 3. Воздушная радиационная разведка. Большую ценность для анализа работы изделий представляли радиоактивные продукты взрыва. Отбор их из облака взрыва осуществлялся специально оборудованными самолетами. Полеты таких самолетов проводились и при подземных испытаниях, для контроля выбросов продуктов взрыва. Для проверки работы парашютной системы и автоматики изделия при падении, проверки взаимодействия со службами полигона были проведены два сброса с самолетов-носителей изделия с зарядом без делящихся материалов. Первый полет выполнен 17 ноября экипажем В. Мартыненко, а второй – 19 ноября экипажем Ф. Головашко, в состав которого входил майор А. Н. Кириленко. Обе генеральные репетиции испытания прошли успешно. Испытание было назначено на 20 ноября 1955 года. Руководил испытанием И. Курчатов, вместе ним на КП (командный пункт) от авиагруппы присутствовали – Н. Сажин, В. Чернорез и С. Куликов. В 6 часов 45 минут бомба была подготовлена специалистами КБ-11 и передана для подвески к самолету. Взлет произведен в 9 часов 30 минут с аэродрома Жана-Семей экипажем майора Ф. Головашко.
* * *
Прогноз метеослужбы не сбылся – к моменту захода на цель погода испортилась, и полигон закрыло облачностью. Отметим, что невозможность проведения оптических измерений была еще недостаточным для отказа от испытаний поводом, поскольку эти измерения не относились к основным. «Методика прицеливания по данным радиолокационного прицела была хорошо отработана. Летчики были готовы точно сбросить бомбу в любую, даже самую сильную, облачность». Самолету-носителю был разрешен заход на цель с использованием радиолокационного прицела. И в этот момент он отказал. Экипаж доложил на землю о нештатной ситуации. Участник событий Серафим Михайлович Куликов (1921-2005 г.г., инженер-подполковник, всего участвовал в более чем 100 испытаниях, автор книги «Авиация и ядерные испытания»): «...Последовал ответ: «Ждите». В связи со сложившейся ситуацией на КП было утрачено спокойствие. И.В. Курчатов почти пристрастно допрашивал Ю.Б.Харитона: не сработают ли капсюли-детонаторы при посадке, не выдадут ли команду на взрыв бародатчики изделия, достаточно ли проведено испытаний на безопасность посадок с изделием, не сорвется ли изделие с установки при посадке самолета и т.д. Харитон предложил сбросить бомбу в горах вдали от населенных пунктов на «не взрыв» – без задействования автоматики инициирования ядерного взрыва заряда. Это предложение было отвергнуто, и к нему больше не возвращались». Экипажу, несмотря на консультации Земли, не удалось отремонтировать радиолокатор. Наиболее спокойными в создавшейся ситуации были авиационные специалисты. Они обладали богатым опытом испытаний на базе 71-го полигона в Крыму нескольких типов изделий. В частности, отрабатывались и посадки самолетов с бомбой. Учитывая это, они доложили Курчатову о возможности посадки самолета-носителя Ту-16 с изделием. При этом было отмечено, что оценка поведения нового заряда с учетом особенностей конструктивного исполнения в условиях вынужденной посадки при неизбежном воздействии перегрузок должна быть дана его разработчиками. На КП прибыли «идеологи» термоядерной бомбы – академики А.Сахаров и Я. Зельдович. Они выдали заключение, что при аварийной посадке самолета-носителя с термоядерной бомбой нет оснований ожидать больших неприятностей. Запаса горючего на самолете оставалось на 30 минут. Курчатов принимает решение о посадке самолета-носителя с термоядерной бомбой. К этому времени погода испортилась, и в районе Семипалатинска поднялась песчаная буря. Штурман, майор Андрей Николаевич Кириленко (1922-2006 г.г. 13 раз нажимал на кнопку сброса атомных и водородных бомб на полигонах в Казахстане и на острове Новая Земля. 20 раз входил в радиоактивное облако на самолете-лаборатории) так вспоминал об этой посадке: «После доклада командира, что неисправность прицела «Рубидий» устранить невозможно, было запрошено разрешение на снижение и посадку на аэродром. Учитывая остаток горючего, начали снижаться на аэродром. После повторных запросов, когда загорелась лампочка – «остаток горючего на 30 минут», с КП ответили разрешением посадки и быть внимательными – на земле песчаная буря. С первого захода на полосу не попали, ушли на второй круг. Командир говорит экипажу, что загорелась лампочка «15 минут», смотрите все за полосой. После повторных заходов на полосу по направлению вышли правильно, я, видя полосу, командовал командиру: снижайся, сажай, добирай, но командир полосу не видел и вслепую команды выполнял с замедлением. При посадке выпустили тормозной парашют, но все равно выкатились за полосу. Так закончилась посадка с водородной бомбой». В тот же день вечером на совещании по разбору полета Курчатов предложил разработать специальную памятку в виде «Особых указаний» по выполнению испытательных полетов с ядерными бомбами с учетом аварийных ситуаций. К концу совещания проект документа был подготовлен. И. В. Курчатов утвердил его. Было принято решение летные испытания изделия РДС-37 провести через день – 22 ноября 1955 года. Выполнение повторного полета поручено тому же экипажу майора Ф. Головашко. «С целью безопасности управление испытательным полетом, КП перенесено в одно из помещений, удаленное на 70 километров». Это косвенное подтверждение о панике, охватившей руководство 20 ноября и вскользь упоминаемой свидетелями. УСПЕШНОЕ ИСПЫТАНИЕ 22 НОЯБРЯ Изделие для подвески на самолет-носитель было доставлено на стоянку самолета в 4 часа 50 минут. Через два часа подвеска, подготовка изделия на самолете были завершены, и изделие принято экипажем. Взлет самолета-носителя Ту-16 произведен в 8 часов 34 минуты. Во время полета погода вновь стала ухудшаться, цель закрылась сплошной облачностью. Сброс бомбы по заданной цели произведен в 9 часов 47 минут с высоты 12000 метров и скорости полета 870 км/ч с использованием радиолокационных средств самолета-носителя. Самолет после полета произвел благополучную посадку на аэродром вылета, при осмотре самолета и проверке его оборудования не было выявлено каких-либо повреждений от воздействия взрыва. После обработки записей измерительной аппаратуры, установлена небывалая до сих пор мощность взрыва – 1,7-1,9 Мт. Результаты испытания существенно повлияли и на разработку ядерного оружия, и на организацию последующих испытаний. Испытания 1955 года были для Игоря Васильевича Курчатова последними в серии полигонных испытаний (И. В. Курчатов умер в 1960 году). «У всех участников испытаний он пользовался громадным уважением и любовью. Это было не данью уважения те только ученого и государственного деятеля, но и личности, обладающей исключительной человечностью, доброжелательным отношением к людям, умением создавать благоприятную атмосферу коллективного творчества».
Игорь Жидов

Опубликовано 30 июля 2014г., 17:56. Просмотров: 1359.

Комментарии:



Эту заметку пока никто не комментировал.



Чтобы использовать комментарии, необходимо зарегистрироваться и/или авторизоваться ВКонтакте.

© 2007-2019 - Газета «Саров». 16+. Главный редактор - М.Ю. Ковалева.
Перепечатка возможна только с разрешения редакции. Ссылка на gazeta-sarov.ru обязательна.
Дизайн - Анна Харитонова. Разработка и поддержка - Олег Клочков.
ТИЦ Яндекс.Метрика