Газета «Саров» Бесплатные объявления Медицинский центр «Академия здоровья»

Газета «Саров» - Острый угол: Aрхив за май 2007 года

Не хочу возвращаться в ад

08 мая 2007г., 12:41
Они живут в нашем городе, ходят по нашим улицам, может быть, стоят рядом в магазинной очереди. Наверное, у них есть друзья, а знакомые и соседи по подъезду даже считают их милыми, приятными людьми. Те, кто не знают, чем эти «милые люди» зарабатывают себе на отнюдь не бедное существование. Откуда у этих милых дам дорогие меха. А у их представительных мужей дорогие иномарки. Но если присмотреться, если пристальнее вглядеться в их глаза, с пугающей очевидностью поймешь, что в душе этих благополучных и довольных с виду людей – черная пустота, а вместо души неистребимая тяга к деньгам, и ничего, кроме сытого брюха и заплывших жиром безразличия остатков мозгов в них нет. Им абсолютно наплевать на все вокруг, поскольку только в таком состоянии человек, если такое существо можно еще назвать человеком, может наживаться на горе других людей. У меня для них есть лишь одно определение – СВОЛОЧИ! ЧАСТЬ I. СВОЛОЧИ Из криминальной сводки. «13 апреля 2007 года сотрудники Госнаркоконтроля в г.Саров задержали крупного торговца героином, личность которого широко известна как в городе, так и за его пределами – Павла Охранова. За этим человеком с различными судимостями давно охотились сначала правоохранители, а затем сотрудники Федеральной службы РФ по контролю за оборотом наркотиков. Наконец его удалось поймать с поличным и возбудить в отношении него уголовное дело.» Сейчас Павел Охранов сидит в изоляторе временного содержания, и есть надежда, что на волю он выйдет не скоро. Казалось бы, теперь сыщики могли бы на время вздохнуть полной грудью. Но. Борцы с наркоманией получили информацию, что в квартире, где арестованный торговец героином проживал с семьей – женой, дочкой и тещей, – находились наркотики… *** -…Понятые, – подал голос сыщик, – вы пока оставайтесь в машине. Он заглушил двигатель машины, мягко упершейся носом в бордюр тротуара. Игрушечная собачка, прикрепленная на передней панели, в последний раз истерично задергалась: вверх-вниз, вверх-вниз… - Ну, да, – усмехнулся сыщик, перехватив мой взгляд, – тоже нервничает… А пора бы уже привыкнуть. Он придержал голову прыгающего на пружинке паникера и вышел на улицу, аккуратно прикрыв за собой дверцу машины. На тротуаре уже топтались его коллеги из Госнаркоконтроля, подтянувшиеся к месту назначения на своих «легковушках». В машине мы остались вдвоем – я и второй понятой. Натянув на глаза кепи, он, кажется, пытался дремать. В абсолютной тишине потянулись тягостные минуты ожидания… Из окна машины хорошо было видно, как сыщики о чем-то переговаривались, стоя на еще совершенно безлюдной улице. Где-то вдалеке махал метлой трудолюбивый дворник, в столь ранний час пугая своим орудием труда лишь редких кошек да обнаглевших птиц. - Нам пора, – неожиданно раздавшийся над ухом знакомый голос заставил вздрогнуть. – Заходим в тот подъезд (сыщик рукой показал в какой именно) и поднимаемся на этаж выше… Да, идем не вместе, а группами, – осадил мою прыть сыщик. Сосредоточенность его лица мне не позволила уточнить, а на каком этаже квартира, которая нас, собственно, интересует. Оставалось надеяться, что проскочить мимо не дадут. Оперативники, рассредоточившиеся по всей лестнице между этажами, молча кивали головами, показывая мне направление движения. Прижатый к губам палец главного в группе дал понять: ни чихать, ни кашлять. И тут я вспомнила один случай… Однажды сыщикам пришлось вот так же стоять в подъезде, где жил наркоторговец, и ждать своего часа «икс». И вдруг дверь на лестничной площадке отворилась, и показалась голова пожилой женщины. Увидев двух притаившихся типов сомнительного вида, тетка начала скандалить: мол, чего это вы тут третесь? Да я на вас сейчас милицию вызову! На голос разорявшийся на весь подъезд тетки мог выглянуть еще кто-нибудь, а главное тот, кто не должен был знать о сыщиках. Над операцией нависла угроза срыва. - Ой, – схватился за сердце один из сыщиков. – Сердце… - Сердце! – подхватил «экспромт» другой. – Женщина, помогите, нужно срочно вызвать «Скорую». Иначе друг умрет. Враз притихшая пенсионерка немедля скрылась в квартире, оставив дверь приоткрытой. Сыщики тихонько проскользнули в дом за хозяйкой… В общем, расставались они уже друзьями. Добрая женщина взяла с них честное слово, что в следующий раз, когда сынки вновь окажутся в засаде, обязательно заглянут к ней на чаек. Но следующего раза не было – торговец наркотиками в тот раз был пойман. …Я не сразу сообразила, что случилось. Сначала внизу раздался щелчок открываемой двери, и все сыщики рванули вниз сломя голову. Потом началась какая-то возня, чей-то женский голос перекрывал знакомые мужские… Неожиданно я оказалась во «взятой» сыщиками квартире, где взъерошенная женщина с вытаращенными глазами что-то кричала и тянула меня куда-то за рукав, где другая женщина (молодая заспанная блондинка), накидывая на ходу ярко-розовый халатик, противно гнусавила, что ее так рано разбудили. А в это время сыщики, рассыпаясь по квартире, перекрикивались друг с другом: «Кто еще в доме?» «Тут еще какая-то девушка!»… В общем, я едва успевала ориентироваться в ситуации, которая развивалась молниеносно. Наконец старший группы, словно дирижер, взмахнул ордером на обыск, объявляя при этом всем присутствующим цель столь раннего визита. Девица в халате, сверкнув глазищами ярче, чем бриллиантами на пальцах, демонстративно начала приводить себя в порядок на глазах абсолютно чужих ей мужиков. Минуты передышки позволили оглядеться. О том, что наркоторговец жил в богатой, шикарно обставленной квартире, я, конечно, слышала. Но что настолько богатой. .. Бесконечные вазочки и вазы, статуэтки, дорогие иконы, меха, кожа, струящиеся ткани… Но чего-то все-таки в этой квартире не хватало. Чего? – мучил меня вопрос, ответ на который пришел как-то неожиданно и значительно позже. Уже вечером, дома, я сидела на диване и блуждала взглядом уже по своей квартире, натыкаясь, то на отклеившийся кусок обоев, то на вздувшийся пузырем линолеум. И вдруг я поняла, чего не хватало в той шикарной квартире с евроремонтом, как в глянцевых журналах. Это свалилось на мою ногу ребром. Забытая на диване кем-то из домочадцев тяжеленная книга… - Вы куда? – раздался голос одного из сыщиков. - В туалет, пописать! – рявкнула девица. Перед операцией меня, конечно, предупреждали о том, что в этой квартире можно увидеть и услышать все что угодно, что жильцы будут ругаться и чаще матом. Но, когда платиновая блондинка проявляет темперамент жгучей брюнетки, становится жутко смешно. - По квартире нельзя передвигаться! – сделал замечание сыщик. - Щас! Вас не спросила! – брызгала слюной блондинка. Наконец, переделав все дела, девица нервно уселась в коридоре на кожаный пуфик, обнажив на всеобщее обозрение коленки, покрытые добротным солярийным загаром. - Ну, и че дальше? – сузились глазки на смазливом личике. - А ничего, – знакомый голос был невозмутим. – Ждем… А пока разрешите познакомиться с той, что у вас, извините, в постели лежит… Блондинка пренебрежительно фыркнула, поскольку ничего другого ей и не оставалось. В постели действительно лежала девица лет примерно тех же, что и блондинка. Только черненькая, в смысле цвета волос, и гораздо крепче телосложением. Вскоре выяснилось, что она никакого интереса для сыщиков не представляет. К тому же девицы в чужих постелях – не их профиль работы. А меня больше занимала женщина, что постарше. Как я поняла – теща наркоторговца. -…И чего вы к нам с обыском-то? – начала заводиться теща. – Кто вам что наговорил про нас? Хватит того, что нашего Павлика уже посадили ни за что! А тут еще в какой-то желтой газетке какая-то БабИнова написала про него, что он подонок... - Подонок? Неужели же так и написали: по-до-нок?! – делали круглые глазки сыщики, почесывая небритые по случаю ранней операции подбородки. - Так и написали, – еще больше закипала праведным гневом тетка, не уловившая иронии сыщиков. – Разве наш Павлуша подонок? Он, конечно, не ангел. Но, если бы вы знали, сколько он людям помогает. Он благотворительностью занимается… Вот! – женщина ткнула рукой в сторону сложенных столбиком пачек сигарет. – Вот! Эти сигареты он приготовил послать в тюрьму… «Благодетель, – подумала я, – просто меценат-бессребреник! Посылает сигареты, может быть, тому самому несмышленому пареньку, которого сам же и посадил на иглу, сам же обобрал до нитки, измучил его родителей постоянным воровством сына-наркомана, которого сам же практически и «пристроил» в мордовские лагеря, заставив за дозу взяться за распространение наркоты…» - В тюрьму посылки посылает, а почему, например, не в детские дома? – не выдержав роли беспристрастного понятого, влезла я. - А откуда вы знаете, что он не помогает детским домам? – оторвалась от созерцания своего маникюра блондинка. – Он помогал… - На какие средства? Блондинка замешкалась. Зато теща нашлась: - А на средства, которые нам оставил покойный папа Павлуши. - Он у вас был нефтяной магнат? – удивленно спросили сыщики, и их глазки вновь начали округляться. Тетка не успела парировать, хотя и я, и сыщики и без нее знали, кем был папа Павлуши и чем он занимался. Кстати, и за что его убили, мы тоже, скажем, догадываемся. Сын несомненно пошел по стопам отца – яблоко от яблони недалеко падает. В квартире наконец-то появился тот, кого мы все так долго ждали. Точнее сказать, их было двое. И один из них вошел в квартиру на четырех лапах. Это был Арс – сыскной пес немецких кровей, состоящий на службе в областном управлении Госнаркоконтроля. - Обыск будет проводиться собакой, – предупредил всех главный в группе сыщик. Обе тетки застыли с открытыми ртами. Блондинка нервно передернула худенькими плечами… *** - …Может, Арс все-таки ошибся? – возвращались мы к машинам уже всей группой. Сыщики курили. Много. И понуро молчали. Обыск ничего не дал – наркотиков так и не обнаружили. Хотя умный Арс работал, как вол. Облазал и обнюхал все закоулки огромной квартиры, не побрезговал и слазил даже в темный подпол – ничего, то есть совсем ничего. Может, он все-таки ошибся? Хоть и умная, но всего лишь собака?.. - Арс, конечно, мог ошибиться, но только на один процент. Прекрасно понимая, о ком идет речь, четвероногий сыщик прижал уши. Мне показалось, еще немного, и он попросит у мужиков закурить. Один процент – это все-таки шанс. И он был. - Спасибо, что не подбросили нам наркотики, – расплывалась в улыбке теща, когда главный сыщик заполнял завершающий процедуру обыска протокол. – Спасибо вам всем, – на прощание ерничала теща. Блондинка, слегка откинув назад голову, наблюдала за всем свысока, поглаживая свою кошку длинными фиолетовыми ногтями. - Ну, мы не обещаем вам, что больше не придем. Сами все должны понимать, – произнес завершающую фразу главный сыщик с улыбкой дипломата-международника. В это время кошка на руках блондинки взвилась. Ногти у хозяйки оказались острее бритвы… *** Они отгородились от города витиеватыми решетками на евроокнах, зеркальными стеклами и бронированными дверями. Им греют сердце купленные на человеческом горе меха и стоящие в гараже иномарки-на-крови. Им абсолютно наплевать на все вокруг, поскольку только в таком состоянии человек, если такое существо можно еще назвать человеком, может наживаться на горе других людей. У меня для них есть лишь одно определение – сволочи! И еще у меня есть надежда, что они не станут хозяевами жизни, вот эти ребята из наркоконтроля не дадут, не дадут родители погибающих мальчишек и пропащих девчонок, которых ради лишнего доллара эти, из богатой квартиры, посадили на иглу. Потому что жизнь так устроена, что за всякое причиненное тобой зло тебе воздастся. Или потерей здоровья, или семейным несчастьем, или сумой, или тюрьмой. Оно неотвратимо – возмездие… ЧАСТЬ II. ВОЗМЕЗДИЕ Осужденный Саша Дьяков отбывает наказание в знаменитых мордовских лагерях уже два года и шесть месяцев. Обычная история. Саровский паренек Дьяков – наркоман. Первый раз попробовал наркотики, когда учился еще в девятом классе. Друзья «угостили». Сначала, естественно, бесплатно. С тех пор, как говорится, пошло и поехало. Вскоре Саша сел, как он сам говорит, «на систему»: - Я уже не мог сам «соскочить». Мать два раза в наркологию сдавала, – Дьяков мнет вспотевшими ладонями зековскую кепку. – Наркотики в Сарове достать нетрудно, главное знать, где «точки». Я «брал» на улице Музрукова. Ну, не на улице, конечно… Наркотики – вещь дорогая, денег не было, как результат… В 2004 году в Сарове он и его дружок напали с ножом на подростка. После суда Дьяков был этапирован в лечебно-исправительную колонию №19 учреждения ЖХ-385. В каком-то смысле ему, можно сказать, повезло – от Сарова до поселка Лесной, где и находится его колония, всего час езды. Только вот домой Саша попадет еще нескоро. Здесь, в колонии, от наркозависимости его излечили. А что будет на воле… Он и сам не может предугадать, как сложится его жизнь. Возможно, он и вернется в родной Саров, но вот сможет ли оторваться от друзей-наркоманов, сможет ли вырваться из губительной среды – это еще вопрос. Большой вопрос. Без «доз» он живет здесь уже два с половиной года. Впереди – еще столько же… Сергей Тимофеевич АБРАМОВ, полковник, начальник лечебно-исправительной колонии №19: - Наша колония специфична. Здесь отбывают наказание осужденные, имеющие заболевание ВИЧ-инфекцией и больные наркоманией. На сегодняшний день из 629 осужденных ВИЧ инфицированы 363 человека. У нас также содержатся девять иностранцев и одиннадцать бывших сотрудников правоохранительных органов. В свое время они сами боролись с незаконным оборотом наркотиков, а теперь вот у нас сидят. И все-таки именно лечение осужденных – основная задача этой колонии. Как это ни парадоксально, но тюрьма для них – единственное спасение. Это шанс. На воле они бы уже наверняка погибли от передозировки. Шанс на жизнь получил и Саша Дьяков из Сарова. Здесь, в этой колонии, где спасают жизнь свыше шестистам преступникам – убийцам, наркоторговцам, ворам, грабителям, насильникам, молодым и старым, женатым и холостым, тем, у кого три класса образования, и тем, кто в той жизни имел за плечами престижный вуз и мог бы сделать хорошую карьеру, бывшим сотрудникам правоохранительных органов, просто студентам, рабочим и служащим, гражданам России и иностранцам. Все они оказались за колючей проволокой, которая защищает их (хотя бы несколько лет) от наркотиков, а нас – от них. - …Да, жизнь на любой зоне – не мед, – со знанием дела заявляет осужденный Валерий Головлев. Москвич. Кстати, Москва и Подмосковье – основные поставщики «обитателей» колонии. В мордовские лагеря Головлев угодил на 18 лет за то, что убил человека и похитил оружие. Это уже вторая его судимость. О том, что он ВИЧ-инфицированный, Головлев узнал уже тут, в колонии. Здешняя статистика подтверждает общероссийскую – девяносто процентов больных ВИЧ-инфекцией заразились «через иглу». Безнадежно больной Валерий женат, имеет ребенка. Он верит, что дома его ждут, и надеется больше сюда никогда не вернуться: - У всех есть надежда… Сколько мне осталось? А мне ведь ребенка нужно ставить на ноги. Я знаю людей, которые уже лет по семь-восемь не прикасаются к наркотикам. Но таких – единицы. А большинство – возвращаются. Они считают, что наркотики – это норма… Я не знаю, кто в этом виноват. Правительство ли, они сами ли, может, еще кто-то. Но мое поколение попало под волну наркотиков в 90-х годах. Мы с малолетства «на игле» и другой жизни и не видели… Да, отсюда мы выходим нормальными людьми, а в голове все равно – наркотики, одни наркотики…Я, конечно, давно не был на воле, но мне кажется, что сегодняшняя молодежь более здраво подходит к жизни. Хотя бы в плане отношения к наркотикам. В наркосеть попасть легко, вылезти невозможно… Осужденный Головлев знает, о чем говорит. По словам сотрудников колонии, единицам после освобождения удается навсегда порвать с наркотиками. Чаще бывшие заключенные, погуляв недолго на воле, вновь возвращаются в эту колонию все по той же «наркотической» статье. И все начинается сначала: ломка, тяжелое и долгое лечение, тюремные доктора, психологи… Александр Александрович БАРЫШЕВ, полковник, начальник медицинской службы учреждения ЖХ-385: - Всем известно, что наркомания сегодня сильно помолодела, и наши пациенты, как правило, молодые люди. Мы, конечно, лечим, но, к сожалению, ВИЧ-инфицированные умирают. У них вообще срок жизни короткий – 10-12 лет. У некоторых назначенный срок отбывания наказания больше, чем отпущено на жизнь. Кто-то умирает здесь – в нашей центральной больнице, а кто-то и дома. Российское законодательство разрешает досрочно освобождать осужденных, когда они уже «на пороге»… Все уходят от нас с охотой: как это ни странно, но у ВИЧ-инфицированных сохраняются социальные связи. К ним часто приезжают на свидания в колонию родители, у кого-то есть жены, дети… Желание лечиться имеется не у всех: кто-то идет к нам с охотой, а кого-то приходится убеждать. Тут нам помогает сама ситуация: колония, изоляция, достать дозу невозможно. Многие понимают, что, поскольку иного выхода нет, значит, время пребывания в колонии нужно использовать с выгодой для себя. Тем не менее периодически встречаются лица, которые категорически отказываются от лечения. Но даже они живут надеждой. - Меня Сашей зовут, – легко и непринужденно пошел на контакт осужденный Ильющенков. И у этого та же банальная история: сел за наркотики. - Раз, другой…, – много раз пытался завязать. Но пока не получается… Только благодаря тюрьме и делаю перерывы. Сейчас все изменилось. Причем кардинально. Спасибо воспитательной работе, которую с нами тут проводят круглые сутки… А если серьезно, то, наверное, кризис среднего возраста наступил, какая-то взрослость, что ли, пришла... «Взрослость» пришла к Ильющенкову уже после того, как он отсидел в мордовских колониях чуть не половину своей жизни. В последние годы был среди зеков кем-то вроде «смотрящего» и «отрицалы» – не признавал правил внутреннего распорядка, администрацию колоний, не работал… Но в последние годы Ильющенков сильно изменился. В художественной самодеятельности активно участвует, артист. «Наверное, когда выйдет на свободу, пойдет в кабаки петь блатной шансон, – подшучивают офицеры, – в общем, перебесился. Может быть, к наркотикам и не вернется…» Владимир Сергеевич ДЕНИСОВ, заместитель начальника учреждения ЖХ-385 по кадрам и воспитательной работе: - У нас здесь имеется все, что нужно: магазин (колонисты называют его «лабазом»), хлебопекарня, спортивные площадки, клуб, больница на 30 коек. Есть в колонии и комната, где можно помолиться, комнаты отдыха, оснащенные современными телевизорами, показывающими 26 каналов, подсобное хозяйство, которое кормит, и я вам скажу, хорошо кормит всю армию заключенных. То есть случись что «по ту сторону проволоки», колонисты выживут и даже в весе не потеряют… …А если потеряют, поняли мы, обозревая огромное «хозяйство» колонии, то тут же примчатся правозащитники из Европы и начнут учить сотрудников ЖХ-385. А чего их учить? У преступников, например, санузлы раздельные, все в кафеле, все в безукоризненном состоянии. Ну просто курорт: и отдохнуть, и полечиться можно. Нет, они, конечно, работают – одежду шьют. Но рабочий день четко регламентирован, а в конце трудовой недели – два законных выходных. Опять же зарплата идет. И даже пенсия предусмотрена для тех, кто всю жизнь жил по принципу: украл, укололся, в тюрьму. А у тех, кто их охраняет, исправляет, лечит, рискует в конце концов, да при этом еще и нянчится круглые сутки, те же самые туалеты – деревянные скворечники и, как в том анекдоте, через дорогу… Про льготы там разные, про жизнь, добровольно проведенную за колючей проволокой, про ту же пенсию – лучше и не спрашивать… - У нас сидел один мужичок из Амстердама, – на ходу вспоминает, показывая нам колонию, Денисов. – Ему было лет под шестьдесят. В Шереметьево его задержали с наркотиками, причем приличного объема. А самое интересное то, что он указал в декларации, что везет с собой марихуану. Не знал, что его самолет, который летел в Дели, совершит вынужденную посадку в России. А у нас в стране как раз активизировалась борьба с наркоманией. Ну, в общем, гражданина из Голландии под белые ручки и к нам – в колонию. На пятнадцать лет… Помню, его привезли к нам, а он по-русски – ни бельмеса. Пришлось вызывать переводчика. Но дело не в этом. Оказалось, что этот мужик у себя там работал в каком-то крупном концерне, занимал крупный пост. И при этом официально сидел на наркотиках лет сорок, не меньше. Я почему вспомнил этот случай? Основной контингент в нашей колонии – люди далеко не бедные. Бедному и нищему где взять деньги на наркотики?.. - Меня Гаги зовут, – улыбчивый, круглый, словно колобок, армянин в колонии уже семь лет. Из Еревана в Москву перевозил героин. В Москве жена и сын семи лет. Наследник родился, когда отец уже сел. – Но я его видел, жена с ним ко мне в тюрьму приезжала. Если все будет хорошо, то в феврале этого года мы будем уже вместе. Меня освобождают… Гаги – наркоман. Точнее сказать, был им до того, как попал в колонию. Здесь его вылечили, и теперь он занимается сельским хозяйством: свиней, гусей, кроликов разводит. В теплице овощи выращивает. В общем, Гаги теперь главный агроном в колонии. - Знаете, какой он был, когда к нам попал? – вспоминает Денисов. – Тощий, как жердь. А теперь вот какой! Они, как правило, все тут поправляются. А как же? Наркотики не употребляют, едят хорошо и по часам, живут спокойно... С наркотиками хочет «завязать». Вроде искренне. - Это страшно. Я не хочу больше возвращаться в ад. А сына я от наркотиков уберегу. Я его увезу в Армению. Вот и этот про сына… Банально, но что еще подумаешь, глядя в глаза этому зеку? Когда чужих детей «сажал на иглу», сердце не дрогнуло, а теперь… Им всем хотелось беззаботной шикарной жизни, огромных квартир и домов с витиеватыми решетками на евроокнах, зеркальными стеклами и бронированными дверями, дорогих женщин в мехах и крутых иномарок. И им было абсолютно наплевать на все вокруг, поскольку только в таком состоянии человек, если такое существо можно еще назвать человеком, может наживаться на горе других людей. И для меня все они – сволочи! Но жизнь так устроена, что за всякое причиненное тобой зло тебе воздастся. Или потерей здоровья, или семейным несчастьем, или сумой, или тюрьмой. Рано или поздно…
Елена Кривцова

Просмотров: 2514. Комментарии (15)

Сходил за хлебушком

16 мая 2007г., 11:41
Такие недоразумения и конфликтные ситуации на заре появления сети магазинов самообслуживания частенько возникали между двумя сторонами – покупателями и работниками магазинов. Приходилось вмешиваться в них и журналистам «Сарова». Мы ненавязчиво объясняли владельцами магазинов, что для покупателя, зашедшего в их торговую точку, действуют все те же законы Российской Федерации и положения Российской Конституции, а не инструкции, накорябанные в творческом порыве начальником охраны магазина. Кое-кому даже пришлось, чтобы избежать суда, извиняться перед покупателем и возмещать моральный ущерб! Казалось бы, сегодня подобные эксцессы остались позади: все юридически грамотные, все знают свои права и не злоупотребляют своими обязанностями. Однако, что называется, рано радовались… Магазин «Копейка» на Московской уже готовился к закрытию, когда Иван Васильевич Гнутов забежал за покупкой. Он довольно быстро нашел на полке то, что ему было нужно и, оплатив покупку в кассе, поспешил было к выходу. Но тут дорогу ему преградил охранник магазина и потребовал показать чек и расстегнуть куртку. Иван Васильевич, естественно, ответил отказом. - Охранник продолжал настаивать, пытаясь меня обыскать, причем тут же, в магазине, на глазах других покупателей! – возмущался Иван Васильевич, рассказывая в редакции обо всем, что с ним случилось. – Я не понимаю, по какому праву он так со мной поступил? Я ничего противозаконного не совершал, я обычный законопослушный гражданин, а со мной обошлись, словно я вор! Почему охранник пытался меня обыскать? Мы что, в фашистском государстве живем? Я ведь не отказывался показать только что пробитый в кассе чек... Там, в магазине, в тот момент Иван Васильевич даже не подозревал, чем для него обернется попытка защитить свое достоинство. Вдруг в магазине появилась целая группа вооруженных сотрудников милиции, вызванных, разумеется, на подмогу охраннику. В общем, когда Иван Васильевич увидел автоматы, он просто остолбенел. Он отказывался верить своим ушам, когда правоохранители – люди, стоящие на страже порядка и закона, вместо того, чтобы урезонить охранника, грубо нарушившего права покупателя, последовали его примеру: - Милиционеры потребовали, чтобы я расстегнул куртку и показал в конце концов, что под ней находится. Разумеется, в ответ они получили категорический отказ… Тогда защитнички применили известный прием: они попросту потребовали документы, удостоверяющие личность. Разумеется, у Ивана Васильевича, на пять минут, как говорится, забежавшего в магазин за хлебом, никаких документов с собой не оказалось. И ничего удивительного и уж тем более подозрительного в этом и быть не может. Но, видимо, сотрудники милиции были иного мнения. Ивана Васильевича попросили, как говорится, проехаться. «Овчинка выделки не стоит…» – подумал Гнутов, к тому же он прекрасно понимал, чем вообще все может закончиться, если не подчиниться властям. - А что мне еще оставалось делать? – уже в редакции искал понимания Иван Васильевич. – Ведь они допрашивали меня как потенциального вора. А один из милиционеров с автоматом, даже не представившись, начал меня сразу пугать: мол, на три часа можем задержать – имеем право… Вот так, можно сказать, под дулом автоматов, Гнутов в конце концов расстегнул свою куртку. Но сделал он это не в комнате администрации, куда правоохранители предложили ему пройти, а прямо в торговом зале, на глазах припозднившихся покупателей. Иван Васильевич поступил так, как он говорит, из принципа, он-то думал, что люди, которые унижали его, наконец-то поймут, что же они делают… - ...Но они ничего не поняли. У меня под курткой ничего не было и быть не могло, потому что я ничего не воровал. Но вместо слов извинения я услышал: «Все нормально, гражданин». Как же это – нормально?! Обыскали, опозорили перед людьми, и – «Все нормально»? После всего случившегося Гнутов попытался восстановить свое доброе имя, обратившись с заявлениями во все соответствующие инстанции. И вскоре ему ответили, правда, не все. Заведующая магазином «Копейка» в своем письме объяснила покупателю: «Охранники не являются штатными сотрудниками универсама, поэтому применить какие-то меры воздействия я не имею права». И в конце совет: «Обратитесь к управляющему регионального отделения… С уважением…» Начальник того самого охранника (заявление на его имя Гнутов передавал лично в руки заведующей магазина «Копейка» и в присутствии корреспондентов «Сарова») вообще не ответил. Гнутову ничего не оставалось, как пожаловаться на него в прокуратуру. Работники прокуратуры отреагировали весьма оперативно. Они выяснили, что начальник, на которого пожаловался Гнутов, молчал потому, что, оказывается, он никакого заявления не получал. Далее в письме разъяснялось: руководитель, о котором шла речь, вообще-то не руководитель. Он начальник, но, так сказать, в местном масштабе – он всего лишь инспектор службы безопасности. А главный начальник охраны ООО «Копейка-Саров» сидит в Нижнем Новгороде. Вот, мол, туда, уважаемый, и жалуйтесь на действия работника охраны магазина. Был еще ответ из милиции. Пересказывать нет смысла – длинно. Суть его такова: решение вопроса о возбуждении уголовного дела в отношении сотрудников УВД либо отказе находится в компетенции прокуратуры. В общем, с тех памятных событий для Ивана Васильевича, когда его прилюдно оскорбили, прошло более трех месяцев. Все это время он боролся за свое доброе имя, пытался найти тех, кто защитит его честь, права, в конце концов закон. Увы. Перед Иваном Васильевичем до сих пор даже не извинились ни милиция, ни руководство, ни охрана магазина. С одной стороны, на то и охрана, чтобы охранять и всячески бдить. Ну, показался охраннику Малышкину некий гражданин подозрительным: чего это он руку в кармане держит, а не идет, как положено нормальным людям, строевым шагом через кассу. А с другой стороны: где в Конституции написано, что гражданин Гнутов обязан проходить через кассу с поднятыми руками и пристально глядя в глаза охраннику? С одной стороны, милиция обязана блюсти порядок и бороться с его нарушителями. А с другой стороны: где в каком законе говорится о том, что граждане РФ просто обязаны всегда носить с собой удостоверения личности? И что это за позиция: не разобравшись в ситуации – кто прав, а кто виноват – сразу же вставать на сторону охраны? Из-за формы, что ли? В конце концов разобрались, что гражданин ничего не воровал. Почему бы перед ним культурно не извиниться за напрасно причиненное беспокойство? В этой истории вообще масса неясных вопросов. «Охранники не подчиняются администрации магазина, и по всем вопросам обращаться в область» – что за чушь! Покупатель приходит в МАГАЗИН, а не в охранное предприятие, он не заказывал услуг ни у какого охранного предприятия. И за все, что происходит с ним в стенах магазина, ответственность несет руководство магазина. А если продавец обсчитает или обхамит покупателя? С кого спрашивать? Со службы занятости города, которая дала рекомендацию этому продавцу? Или все-таки с руководства магазина? Может быть, газете и не стоило бы так уж рьяно браться за эту историю. Ну, случилось разок… Если бы! На неадекватное поведение охранников в саровских магазинах, а вслед за ними и милиции жалуются многие. Другое дело, большинство не хотят связываться. Однако кое для кого понятие «достоинство» все же не пустой звук. Вот и саровская пенсионерка Марья Ивановна Галкина на собственном примере узнала, что такое быть незаслуженно униженной. Ее тоже задержали в том же магазине «Копейка». Охраннику вновь что-то там показалось, и он попросил женщину открыть сумочку. Женщина отказалась, а когда прибыла милиция, пенсионерку все-таки заставили открыть сумочку. На милицейском языке эта процедура называется досмотр. Так вот, досматривали женщину опять же на глазах всей магазинной публики. - Такого унижения я не испытывала за всю свою жизнь, – вспоминала Марья Ивановна, чуть не плача. – По какому праву со мной поступили, как с преступницей?! Кто дал право охраннику унижать меня на глазах людей?! Мне потом так плохо стало, что пришлось обращаться к врачу. У меня давление подскочило… Так опозорить меня и за что? Да я пенсию получаю десять тысяч. Неужели же я стану воровать?! Взаимоотношения «продавец-покупатель» – прямая прерогатива отдела защиты прав потребителей. Однако когда я обратилась в этот уважаемый отдел за комментарием и спросила: как должен действовать охранник магазина самообслуживания, мне простодушно ответили: - Не знаем… Хочется воскликнуть: «Ни фига себе?!», и тоном школьной учительницы прокомментировать: «А кто же должен знать?» - Милиция должна знать, – считают защитники потребителей. Возможно, милиция и знает. Только вот убедиться в этом мы так и не смогли, несмотря на все наши старания. Начальник отдела по борьбе с преступлениями на потребительском рынке С.Каторов, который, по нашим предположениям, должен был бы знать ответ на вопрос: как должен действовать охранник в случае, если заподозрил покупателя в краже? – по непонятным нам причинам категорически отказался говорить на эту тему. Он посоветовал нам сначала обратиться к начальнику УВД А.В.Леонтьеву за разрешением. Честно говоря, в этот момент подумалось: хорошо, что еще к министру внутренних дел не послал… Прокомментировать ситуацию мы попросили нашего юриста Ю.М.Палагина: - В данном случае имел место факт нарушения гарантированных Конституцией РФ нематериальных прав граждан, в связи с чем лица, в отношении которых распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию (а ведь эти происшествия были ПУБЛИЧНЫМИ, покупателей обидели ПРИЛЮДНО), вправе наряду с опровержением таких сведений требовать возмещения убытков и морального вреда, причиненных их распространением. Статья 150 Гражданского Кодекса четко определяет, «что достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения … защищаются в соответствии с ГК РФ и другими законами в предусмотренных Законом случаях и в пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения». То есть гражданин Гнутов и гражданка Галкина согласно ст. 152 ГК РФ вправе требовать по суду опровержения порочащих их честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Поскольку уже ясно, что сведения, которые публично распространили работники магазина, действительности не соответствуют (ну, не воровали граждане ничего) – выигрыш в суде весьма вероятен. Насколько нам известно, Иван Васильевич Гнутов исковое заявление в суд приготовил, будет ли судиться Мария Ивановна Галкина, пока не ясно (пенсионерка боится, что «здоровья не хватит»). В общем, очевидно – продолжение следует…
Елена Кривцова

Просмотров: 2270. Комментарии (25)

Червоточина

23 мая 2007г., 13:04
«Еще в конце осени прошлого года госкомиссия Счетной палаты РФ проверяла работу СарФТИ. Насколько нам известно, комиссия выявила серьезные нарушения в финансовой деятельности вуза. Однако руководство СарФТИ утаивает результаты проверки от общественности города, от студентов и их родителей (да и от части преподавателей, похоже). Не очень хорошо, нам кажется, и то, что городская администрация и ВНИИЭФ, которые, как нам известно, финансируют деятельность СарФТИ, тоже проигнорировали общественность в этом вопросе. А вопрос достаточно больной. Например, плата за обучение в СарФТИ постоянно «ползет» вверх. В других вузах области в течение учебного года стоимость обучения нигде не повышают. Да и вообще, плата за обучение в СарФТИ выше, чем во многих вузах страны, причем в вузах с куда как более высоким статусом. Скажем, в МГУ стоимость оплаты на основных факультетах «не уходит» за 52 тысячи рублей в год. Но можно ли на одну доску ставить МГУ и СарФТИ? В общем, хотелось бы все же знать: почему руководство СарФТИ утаивает результаты проверки? Как на эти результаты отреагировали администрация Сарова, депутаты, руководство ВНИИЭФ? Почему выявленными нарушениями не заинтересовалась городская прокуратура? С уважением, родители студентов СарФТИ» Письма и обращения с вопросами о стоимости платного обучения в СарФТИ, об уровне преподавательского состава, об отношении к студентам поступают в нашу Понятно, что наличие в Сарове своего вуза – большое благо для горожан. Но в последние годы с институтом подспудно происходили изменения, которые, по мнению многих горожан, не оставили и следа от прежнего престижного, мощного МИФИ-4. С этим мнением, конечно, можно поспорить. Но оно есть. Очевидно, стоило бы проанализировать: а повысился ли статус СарФТИ после того, как наш вуз отделился от МИФИ, перестал быть МИФИ-4? Вряд ли. Мало того, многие считают, что высокий уровень преподавания в СарФТИ – миф. Не зря же даже студенты вуза в разговорах между собой переиначивают аббревиатуру СарФТИ в, уж извините, Сортир. И поскольку с каждым годом обращений в редакцию по поводу СарФТИ поступает все больше, захотелось основательнее разобраться, что же происходит в нашем уважаемом учебном заведении. Один из сотрудников СарФТИ, узнав, что мы занялись этой темой, организовал для нас «утечку информации» с весьма интересными сведениями. Среди которых утверждение, что, например, декан одного из факультетов СарФТИ господин Н…ов получал зарплату и докторскую надбавку, имея на руках докторский диплом негосударственного образца. Не скажем как, но нам удалось добыть копию диплома доктора наук господина Н…ва, который подтверждает присуждение ему ученой степени. И внимательно изучили его. Оказалось, что диплом выдан Высшей межакадемической аттестационной комиссией Международного межакадемического союза. Что же это за организация такая? Удалось выяснить, что Высшая межакадемическая аттестационная комиссия – детище негосударственной организации, одним из учредителей которой является… Мосгорсправка! Комиссия эта за годы своей деятельности сделала кандидатами и докторами наук более 20 тысяч человек. Сейчас деятельность этой странной организации приостановлена… Для сведения: ученая степень доктора физико-математических наук именно этой организацией присвоена скандально известному «ученому» Григорию Грабовому. Тому самому Грабовому, который находится нынче под следствием в связи с бесчеловечным мошенничеством на крови бесланской трагедии. Впрочем, не являясь специалистами в данной области, мы не будем зацикливаться на оценке статуса этой комиссии. Мало ли организаций «создают» своих академиков! Киношники, например, или рукодельщики (Академия рукоделия). Но вот вопрос: признает ли дипломы этой комиссии государство? Выяснилось: нет, не признает. Согласно Закону «О науке и государственной научно-технической политике» льготы и доплаты за ученые звания распространяются лишь на обладателей дипломов и аттестатов государственного образца. В редакции имеется интересный документ. Ответ из Федеральной службы по надзору в сфере образования и науки на запрос: получал ли наш декан Н…ов диплом государственного образца? В ответе заместитель начальника отдела аттестационных документов Т.Х.Воронина отвечает: «Сообщаю, что в регистрационно-учетной базе Управления сведений о присуждении Н…ву ученой степени кандидата или доктора экономических наук, предусмотренной государственной системой аттестации… не имеется». Естественно, после этого мы не могли не направить запрос ректору СарФТИ Щербаку. С очень простыми вопросами: - Действительно ли декан Н…ов является доктором экономических наук? Имеет ли он соответствующий диплом государственного образца? - Получал ли господин Н…ов установленные государством доплаты и льготы? - Есть ли среди педагогов СарФТИ еще доктора либо кандидаты с дипломами ВМАК Международной Академии информатизации? Получали ли эти педагоги доплаты и льготы? Казалось бы, очень удобная возможность для руководства института все разъяснить, открыто поговорить с читателями – студентами и их родителями, объясниться как-то. Однако Щербак запрос редакции практически проигнорировал. Тут, кстати, стоит отметить позицию саровской прокуратуры. Не ответив на запрос редакции, господин ректор нарушил Закон. Как минимум – статьи 38, 39, 40 Федерального Закона «О средствах массовой информации». Тут бы прокуратуре и поправить чиновника от образования. Ан, нет – саровская прокуратура как-то странно отреагировала на запрос «Сарова». Самое большое, на что отважился прокурор города, это совет «обжаловать прокурору Нижегородской области решение об отказе в удовлетворении заявления либо обратиться за защитой своего права в суд». Вообще, занимаясь СарФТИ, мы обнаружили какую-то странную любовь прокуратуры к этому учебному заведению. С одной стороны, нарушения даже при поверхностном взгляде обнаружены, а с другой – «копать глубже» прокуратура не пожелала. Вряд ли оттого, что некоторые работники прокуратуры занимаются в СарФТИ преподавательской деятельностью… А ведь в этой истории с дипломами, которая не заинтересовала саровскую прокуратуру (но возможно заинтересует вышестоящие органы), масса вопросов. Например, после проверки Счетной палатой деньги «за степень» декан Н…ов в казну вернул. Но вот вопрос: а имеет ли он вообще право возглавлять факультет и получать зарплату декана с докторским дипломом негосударственного образца? Если нет, то речь должна идти не о возврате доплаты, а возврате всей зарплаты. А это уже совсем другие деньги. Кроме того, так и нет ответа на вопрос: а есть ли еще в СарФТИ сотрудники с такими, скажем, «левыми» дипломами? Сколько их? Какие должности они занимают? Получали ли доплаты «за звание»? Вернули ли незаконно полученные деньги? Да разве только в деньгах дело? Если доктора и кандидаты в СарФТИ – «негосударственного образца», то каких студентов и аспирантов они выпустят, если государство права такого им не давало. И что будет с этими студентами и аспирантами в дальнейшем? И вообще, есть какая-то червоточина во всем, что связано с этим делом. Вот, скажем, во всеуслышание заявляется, что Щербак «действительный член Международной Академии информатизации, Академии наук республики Мордовия». Ректор – академик, это круто! Только что это за академии? Имеют ли они какое-то отношение к государственной системе науки и образования? Кому, как не самому академику, ответить на эти вопросы. Не мудрствуя лукаво, мы за разъяснениями и обратились к господину Щербаку. И господин Щербак ответил: «МАИ является сугубо общественной организацией, и ее члены (в т.ч. Ю.П.Щербак) никаких финансовых доплат (тем более бюджетных) не имеют». Кроме того, мы с удивлением узнали, что в состав Международной Академии информатизации входит и Академия наук Мордовии. То есть, и мордовская Академия к государственной системе науки и образования никакого отношения не имеет! Зачем так уж ректору упирать на членство в двух Академиях (причем в случае, когда одна является составной частью другой), которые не входят в государственную научно-образовательную систему, – не очень ясно. Разве что для дополнительного «веса»? Вообще, о состоянии дел в СарФТИ можно сказать устами великого Шекспира: «Неладно что-то в датском королевстве…» Неладно что-то в королевстве СарФТИ. Вот, скажем, тот же господин Н…ов назначен деканом факультета без обязательного в таких случаях конкурса. Отчего же? Желающих не оказалось! Как же так – один из лучших вузов страны и «должность декана факультета… была вакантна 15 лет», «в преподавательском составе института найти сотрудника, желающего организовать работу факультета… не удалось. Не было таких желающих и среди сотрудников РФЯЦ-ВНИИЭФ». (Около 20 тысяч человек!). Правда, найти каких-то публикаций или объявлений о конкурсе на замещение вакантной должности нам не удалось (и были ли они?), но дело даже не в этом. Выходит, статус СарФТИ не так уж и высок, если вуз испытывает преподавательский голод. В такой ситуации действительно возьмешь на работу человека с каким попало дипломом! Правда, есть здесь некоторая странность: Н…ов и Щербак получали дипломы доктора и академика в одной Академии. При этом академик не знал, что у доктора диплом негосударственного образца… Или, скажем, слова из другой песни о том же СарФТИ. Несколько лет назад школа № 13 была отдана в руки СарФТИ, поскольку институт «задыхался от нехватки аудиторий». По нашим сведениям, на школу претендовали и другие институты, однако конкурентам пришлось облизнуться несолоно хлебавши: волевым усилием саровских властей здание школы отдали СарФТИ. И что же: сюда по утрам толпами валят саровские студенты? Как любил говорить герой перестройки Егор Гайдар – отнюдь. СарФТИ сдает помещения школы в субаренду. Правда, говорят, деньги за субаренду не покрывают расходов на содержание здания, и оно для института убыточно. Впрочем, эта история – отдельный разговор… Разговор о нынешнем состоянии СарФТИ можно вести долго. И он, очевидно, будет продолжен, несмотря на странную незаинтересованность саровской прокуратуры. Все, что нам стало известно, мы попросили прокомментировать нижегородского юриста И.Д.Залепина, который как раз и занимается «вузовскими проблемами». Просмотрев имеющиеся у нас материалы, он весьма удивился: - У прокуратуры здесь должен быть явный интерес. Не заглядывая в Уголовный Кодекс, могу «навскидку» перечислить ряд статей, по которым, на мой взгляд, стоило бы плотно поработать: часть 3 ст.160 «Растрата чужого имущества, вверенного виновному с использованием служебного положения», часть 1 ст. 201 «Злоупотребление полномочиями», часть 1, ст. 293 «Халатность (ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей вследствие недобросовестного или небрежного отношения к службе)… Ну, а если покопаться… Наверное, газете стоит принять совет вашего прокурора и действительно обратиться в вышестоящую прокуратуру… Наверное, стоит…
Александр Ломтев

Просмотров: 2478. Комментарии (10)

Отсрочка на месяц

30 мая 2007г., 15:37
В четверг, 24 мая, в редакции раздалось сразу несколько звонков читателей и все на одну тему: «В общежитиях ВНИИЭФ неожиданно практически в два раза поднимают плату за проживание. Приходите! Собрание вечером». К семи часам вечера детская площадка во дворе дома по ул.Московская, 22, корпус 2 была заполнена до отказа. «Они дали нам отсрочку по квартплате на один месяц, – начала собрание одна из активисток общежитий, – но в июне обязательно увеличат, поэтому нам ни в коем случае нельзя платить». Как выяснилось из дальнейшего разговора с жителями этих домов, 21 мая было вывешено объявление о том, что с 1 мая будет увеличена квартплата. Как считают жители общежитий (по ул.Московская, 22, корпус 1, 2, ул.Московская, 26, корпус, 1, ул. Герцена, д.18, ул.Лесная, д.24, 26), для большинства из них такая квартплата не по карману – они и так получают субсидии как малоимущие. Возмущению людскому не было предела: за что платить такие деньги?! По словам жителей, в квартирах этих общежитий – ржавые трубы, качающиеся унитазы, старая проводка. Ремонт проводится крайне редко, хотя надо отдать должное: совсем недавно была отремонтирована часть фасада одного из общежитий по ул.Московская (почему-то только с одной стороны дома). А вот денег для укрепления железной решетки перед входом в подъезд не нашли. С семи часов вечера жители пытались дозвониться до своего депутата С.Безрукова. Он подъехал около 9 вечера: сразу призвал собравшихся сохранять «холодную голову» и пообещал прояснить ситуацию на уровне руководства ВНИИЭФ. Уже в понедельник в редакцию пришло письмо за подписью и.о.заместителя директора РФЯЦ-ВНИИЭФ по кадрам и социальным вопросам А.Кленова: «Должностные лица отдела общежитий, не дождавшись решения о компенсационных выплатах, не согласовав ни с кем свои действия, опубликовали объявление о повышении стоимости проживания почти в два раза! В настоящее время (до конца мая) идет согласование расчетов для решения о размерах компенсации (на получение компенсаций, по утверждению и.о. директора общежитий РФЯЦ-ВНИИЭФ Р.Алексеевой, могут рассчитывать внииэфовцы, проживающие в общежитиях коечного типа, а также участники программы «Доступное жилье» – ред.). В результате за счет повышения тарифов размер стоимости проживания вырастет незначительно. Официальное повышение оплаты за проживание в общежитии произойдет с 1 июня, а не с 1 мая, как было объявлено ранее». Для справки. В ведении города находится несколько аналогичных общежитий. Поэтому редакция газеты сделала официальный запрос о стоимости проживания граждан в этих общежитиях директору МУП «Городские общежития» В.Кипушову: «Муниципальные общежития по ул.Московская д.38/1, 38/2, 24/2 являются общежитиями семейного типа. Плата за проживание в квартирах площадью 28 кв.м составляет: 1 человек – 1015,19 рублей, 2 человека – 1295,02 рублей, 3 человека – 1633,28 рубля, В квартире общей площадью 36 кв.м: 1 человек – 1154,24 рубля, 2 человека – 1478,67 рублей, 3 человека – 1787,72 рублей, 4 человека – 2077,51 рублей По жилищному законодательству плата за жилье может повышаться не более 1 раза в год».
Любовь Кяшкина

Просмотров: 2008. Прокомментировать
Архив рубрики:
2007 - Январь Февраль Март Апрель Май Июнь Июль Август Сентябрь Октябрь Ноябрь Декабрь
2008 - Январь Февраль Март Апрель Май Июнь Июль Август Сентябрь Октябрь Ноябрь Декабрь
2009 - Январь Февраль Март Апрель Май Июнь Июль Август Сентябрь Октябрь Ноябрь Декабрь
2010 - Январь Февраль Март Апрель Май Июнь Июль Август Сентябрь Октябрь Ноябрь Декабрь
2011 - Январь Февраль Март Апрель Май Июнь Июль Август Сентябрь Октябрь Ноябрь Декабрь
2012 - Январь Февраль Март Апрель Май Июнь Июль Август Сентябрь Октябрь Ноябрь Декабрь
2013 - Январь Февраль Март Апрель Май Июнь Июль Август Сентябрь Октябрь Ноябрь Декабрь
2014 - Январь Февраль Март Апрель Май Июнь Июль Август Сентябрь Октябрь Ноябрь Декабрь
2015 - Январь Февраль Март Апрель Май Июнь Июль Август Сентябрь Октябрь Ноябрь Декабрь
2016 - Январь Февраль Март Апрель Май Июнь Июль Август Сентябрь Октябрь Ноябрь Декабрь
2017 - Январь Февраль Март Апрель Май Июнь Июль Август Сентябрь Октябрь
© 2007-2017 - Газета «Саров». 16+. Главный редактор - М.Ю. Ковалева.
Перепечатка возможна только с разрешения редакции. Ссылка на gazeta-sarov.ru обязательна.
Дизайн - Анна Харитонова. Разработка и поддержка - Олег Клочков.
ТИЦ Яндекс.Метрика