Газета «Саров» Здесь могла быть
ваша реклама!
Здесь могла быть
ваша реклама!

Газета «Саров» - Острый угол - Гусеницы неприкаянные

Гусеницы неприкаянные

Начало. Глава V Из моего ежедневника «Вышла замуж заведующая отделением Наталья Ивановна. Молодые после ЗАГСа приехали к нам. Всем коллективом поздравили их. У всех лирическое настроение. Первая ласточка в нашем коллективе. Надеюсь, что сейчас «попрет» и все станут выходить замуж. Благословляю. Провели праздник Масленицы. Воспитатели – молодцы. Все хорошо, только ветер холодный. Детям понравилось: представление, сжигание чучела, блины… Егор не хотел уходить с горки. В тот же день – Прощеное воскресенье и праздник Всех влюбленных». ВЕЧНО «ВЛЮБЛЕННАЯ» В этот день, ближе к вечеру, привезли к нам двух малышей (5 лет и 2 годика). Мамаша шляется где-то уже неделю. Нет, она не пьяница, а просто б... Ей из-за этого даже работать некогда. Совмещать не получается. В квартире – шаром покати. Есть нечего, только спиртное, да два пьяных мужчины, которые додумались напоить детей водкой, чтобы не плакали и кушать не просили. Один – отец старшего ребенка, другой – младшего. Оба не работают, оба частенько приходят к ней, но каждый «уделяет внимание» только своему ребенку. Дама в это время гуляет с другими мужиками. На детей времени нет. Иногда случаются пьяные разборки между «мужьями» из-за того, что один обидел не своего сына. Доходило до поножовщины. Пятилетнего мы сразу оформили в круглосуточное отделение. Отмыли, согрели, накормили. Ночью он обкакался. Видимо, не привык так питаться. Другого малыша отвезли в инфекционное отделение больницы с отравлением (по законодательству мы берем только с 3-х лет). Направили письмо в милицию по поиску неудачной мамаши. Через двое суток мамаша-беглянка нашлась. Заведующая отделением Ольга Николаевна (сама мать троих детей) провела с ней беседу о необходимости трудоустроиться и надлежащим образом содержать и воспитывать детей. Но, похоже, что у той напрочь отсутствуют материнские чувства и какая-либо ответственность. Как у наших сотрудников терпения хватает беседовать по-доброму? Они берут на себя боль другого человека, вне зависимости – кто и какой он. В общем, работа, как у священников. Служение. Несмотря ни на что, каждый человек – это тоже Образ Божий. И как темнеет от времени икона, так темнеет и душа человека. Как икону нужно периодически очищать, так и человеческую душу надо обновлять. Кто его знает, может быть, из маленького хулигана вырастет Герой России или чемпион Олимпийских Игр? Ведь и Александр Матросов вырос в советском детском доме и не отличался примерным поведением. Поздним вечером снова звонит Ольга Истишенко. Надо двухлетнего мальчика (того, что водкой поили) вновь забирать из семьи. Пришлось нарушить законодательство (не наша это прерогатива), но мамаше снова нечем его кормить. В квартире нет не только еды, но даже посуды: нет чашки, чтобы дать ребенку попить. Не замечены на этот раз в квартире и мужики (они из горлышка что ли раньше пили?). Мамаша докладывает, что с понедельника выходит работать продавцом. Даже показывает спецодежду. Утверждает, что картошка у нее все же имеется. На балконе. Но Ольга Николаевна на слово не верит, и проверят балкон. Там картошки нет, но, укрытый мешком, прячется пьяный любовник. Сюжеты круче «Санты Барбары». Как мне показалось, «мамочка» с удовольствием «доверяет» нам своего сынишку. Проще говоря – спихивает. Заспанного ребенка с соской мы привезли в Центр в 22.00. Воспитатели его приняли с рук на руки. Говорить он еще не умеет, но ест не меньше школьника Егорки. Голод – не тётка. Будем ходатайствовать об оформлении в круглосуточный детский сад. На работе, кстати, мать не удержалась и двух дней. Однако детей из садика она не берет даже на выходные. Обнаглела. В объяснительной написала, что не было денег на автобус, и что она звонила воспитательнице, чтобы сынишку «куда-нибудь дели». А в конце концов сама написала заявление о том, чтобы ее ограничили в родительских правах. Детей отдали на воспитание бабушкам. Одна из них называет наше учреждение «Ласковый дом» и благодарит тех, кто «его придумал». Откровенно говоря, жалко не только детей (у бабушек они хотя бы не погибнут), но и эту мамашу-кукушку. Спохватится, да поздно будет. Будни Очередная трагедия. Умерла женщина двадцати семи лет. Остались двое несовершеннолетних детей: ее родная дочь и дочь сестры, умершей еще раньше. Бабушка – инвалид первой группы. Ей опеку не дадут. Но она сопротивляется и не желает отдавать внучку. Я ее понимаю, да против закона не попрешь. Безусловно, детей возьмем хоть сейчас и будем оберегать их столько, сколько потребуется, но на этот раз я не стал брать на себя несвойственные функции изъятия ребенка из семьи. Это обязанность органов опеки с инспектором милиции. Тем более, что тут ситуация несколько иная: от детей не отказываются друзья и близкие… Опеку оформили супруги, дружившие с покойной мамой. У них двое детей. Теперь будет третий. Пока она была в нашем доме, девочка подружилась со старшей дочерью, а потом и приемных родителей стала принимать. Недавно простудилась и с бронхитом угодила в больницу. Там же ухитрилась оказаться бабушка. Причем в той же палате. Сознательно. Снова – «Санта Барбара»… Приходил еще крепкий и не пожилой дедушка. Просил лишить родительских прав свою дочь и зятя. И есть за что. Молодая мамаша пошла за покупками в «Плазу» и с тех пор домой не вернулась. Прошла уже неделя. За ней это регулярно водится. Папа живет отдельно и тоже пьет. Будем ее искать и готовить соответствующие документы, чтобы доказать в суде, что внучке под опекой бабушки и дедушки будет лучше. Милиция нашла мамашу-покупательницу… Отец сам доставил ее в наркологию. Но там ее не приняли. Видимо, нет мест… Состоялись выборы в Думу. Я вновь стал депутатом, но радости не ощущаю… Еще одна молодая мамаша написала заявление об отказе от годовалого ребенка… Да…. Пока жива и в расцвете сил – не защищает слабое дитя. А есть случаи, когда мертвые живых защищали. МИСТИКА Из рассказа Станислава Родионова: «Темной октябрьской ночью с оперативной бригадой мне пришлось мчаться за город. Мы остановились рядом с капустным полем, где темнела громада «КамАЗа». Рядом стояли два водителя и местный оперуполномоченный: – Здесь, товарищ следователь, он и лежал, – милиционер показал на глубокую колею. Оказалось, что в ней кто-то оставил грудного младенца. Я глянул на колеса: литые резиновые жернова мне по пояс. Да это же покушение на убийство с особой жестокостью и использованием беспомощного состояния жертвы! Составив протокол осмотра места происшествия, я приступил к допросу «дальнобойщиков». Ребята казались честными, их показания были синхронны: увидели, остановились. Но они не помнили, кто в этот момент сидел за баранкой: мялись, переглядывались… Тогда я попросил опера лечь в колею. Он лег, а я вместе с водителями забрался в кабину. Оттуда оперативника не было видно. Как же водители смогли разглядеть младенца, да еще в темноте? Подъехавшая машина с поселковой милицией прервала наш следственный эксперимент. Да он был уже и не нужен. Они задержали преступника. История простая и страшная: мать умерла от сердечного приступа, а муж, состоящий на учете в психдиспансере, взял младенца и отнес в колею. Вроде бы все ясно… Нет, не все. Я снова спросил шоферов: «Ребята, почему вы все-таки остановили машину, если не видели ребенка?» Они заговорили, перебивая друг друга: – В глазах зарябило, я отдал руль ему… – Проехал метров триста – показалось белое облачко… – А потом облако-то стало оформляться… – Во что оформляться? – не понял я. – В лик… – Будто женщина заглянула в кабину… – Мы заглушили двигатель и выскочили. На капоте – никого… Я перекрестился… – А я услышал писк. Гляжу – в колее узел… – Мотоциклист проезжал, мы попросили ребенка в больницу доставить… Уже светало. Преступник был задержан, младенец жив… На месте происшествия делать было больше нечего. Но меня томило смутное ощущение чего-то недоделанного. Я спросил: – Что же, вы и лицо той женщины видели? – Как ваше, только как бы – прозрачное. – Ребята, мистика какая-то. – Никакая не мистика. Это мать свое дитя защищала. Вернее, ее душа. И тут я сделал нечто, для следствия ненужное и вообще бессмысленное – попросил оперативника взять в поселке фотографию умершей женщины и привести в прокуратуру. Туда же доставили водителей. Я выложил на стол четыре женских фотографии и среди них карточку, привезенную милиционером. Они глянули. Один как-то испуганно вздохнул. Второй, по-моему, побледнел. – Вот эта, – указали они на фотографию, привезенную опером. Я тоже вгляделся. То ли из-за чуть заметной улыбки, то ли из-за открытости ее лица казалось, что она смотрит на нас как на людей, которых хорошо знала и теперь снова встретила… Стал ли я после этого верующим? Не знаю. Знаю, что я уже не атеист». Будни У нас мистики нет – будни. Звонили из детского санатория «Решма», что расположен в Ивановской области. Просят забрать нашего Игорька, который ставит «на уши» все учреждение. Меня это удивило, поскольку он – первоклассник и две смены успешно пробыл у нас в «Теплом доме» без нареканий. Неужели их воспитатели не справляются с семилетним малышом? А как же в пионерских лагерях справляются с большими хулиганами? Значит, наши воспитатели – супер-герои. Пять месяцев впустую ходил в суд по делу одной 16 летней «мамы». Не работает и не учится, лишена родительских прав в отношении грудного ребенка. Так называемый «муж» отбывает срок за наркотики, а ребенок находится у «свекрови». Девица украла сотовый телефон. На мой взгляд, сделала это сознательно, чтобы скрыть более серьезные преступления… Новый сожитель в два раза старше ее, и у меня большие подозрения, что он ее не только «консультирует», но и снабжает зельем. Сама она – как зомби. Нисколько не жалко, если ее отправят в колонию или спецучилище. Но ущерб от кражи настолько несущественный, что все субъекты профилактики обречены и дальше уговаривать ее «вести себя хорошо». Бесполезно. Ее младшую сестру милиция замучилась вытаскивать из притонов, где гуляют взрослые мужики и бабы. Тоже – как растение. При выходе из больницы сопроводили ее в детский дом. Каюсь, каюсь, но почему-то этих сестер мне не жаль… Договорился с генеральным директором «Обеспечения РФЯЦ-ВНИИЭФ» Сергеем Николаевичем Ковалевым, чтобы он дал указание своим сотрудникам осуществлять шефство над проблемными семьями по нашему списку (вплоть до трудоустройства и ремонта жилья, не говоря об адресной помощи детям). Великолепно! Пока занимаюсь проблемами других семей, упускаю воспитание своей Маринки. Не хочет учиться, дерзит. Ей пятнадцать лет. Возраст трудный. Все воспитание в семье легло на плечи жены. Признаю свою вину… а что толку? Продолжаю жить не как все… Продолжение следует.
Иван Ситников

Опубликовано 12 января 2011г., 06:39. Просмотров: 4361.

Комментарии:



Эту заметку пока никто не комментировал.



Чтобы использовать комментарии, необходимо зарегистрироваться и/или авторизоваться ВКонтакте.

© 2007-2020 - Газета «Саров». 16+. Главный редактор - М.Ю. Ковалева.
Перепечатка возможна только с разрешения редакции. Ссылка на gazeta-sarov.ru обязательна.
Дизайн - Анна Харитонова. Разработка и поддержка - Олег Клочков.
ТИЦ Яндекс.Метрика