Газета «Саров» Бесплатные объявления Медицинский центр «Академия здоровья»

Газета «Саров» - Политсалон - Идиотизм со знаком качества

Идиотизм со знаком качества

В передаче «Право знать» (ТВЦ) от 16 февраля с.г. политилог С. Кургинян высказал свое глубокое неприятие того, как интеллектуальная элита СССР в период перестройки быстро и радикально отказалась от позиций, которые так долго исповедовала. Сомнениями в этом ключе страдает и сама элита. Два её достаточно известных представителя – президент Фонда эффективной политики Глеб Павловский (Г.П.) и бывший главред газеты «Время новостей» Владимир Гуревич (В.Г.) – тоже размышляют о причинах, превративших глашатаев свободы в слуг власти. Познакомимся с их видением этой метаморфозы.

ОКОЛО ЛИДЕРА

Г.П.:

– 1990 год стал рубежным для участия интеллектуала в политике. Именно тогда интеллектуал-носитель идеи превратился в интеллектуала при народном лидере. Примерно в середине этого исчезли дебаты по вопросам теории общества и теории государства, причем в тот самый момент, когда они становились актуальными. Начались дебаты о лидере, о том, как он действует, кто ему мешает. Появилась такая идея: если есть правильный лидер, то и концепции не нужно, он сам по себе правильно действует. После короткого «взаимодействия» между Горбачевым и Ельциным вперед выходит последний как носитель глубокого ума, истины и пути в некое будущее.

В это время произошло несколько важных событий. Возникла российская идея, и вдруг оказалось, что несуществующую республику РСФСР нужно считать существующей. Это не было никак осмыслено и обдумано интеллектуалами.

Варшавский договор распался обманчиво легко. Альтернатива западным концепциям как вовне, так и внутри России показалась ненужной. Это была ложная позиция. С того времени мысль о концепции развития РФ заменяет мысль о носителе власти в ней. И все споры сводятся к тому, нужно ли ему дать больше власти или меньше.

Здесь наиболее ярко выступали сторонники идеи «больше власти президенту». И только зануда мог риторически вопрошать: «Что вы понимаете под властью?»

Тогда же экономические концепции рынка съежились до простой и понятной идеи «хозяина». Нужен хозяин и нужна власть – так почему бы не объединить всё это? Весной 1990 года произошло удаление из конституции ведущей роли КПСС, что считалось большим прорывом. Никто при этом не думал о проблеме управления реформами. Кто будет это делать? Ну, понятно кто – хозяин!

Именно в этот период интеллектуал, задействованный в политической тусовке, потерял внутренний интерес к независимости и превратился в человека при лидере. Появляются связки «лидер – команда». Первопроходцем здесь стал Григорий Явлинский. Еще летом 1990 года за него, как за видного жениха, шла борьба между Горбачевым и Ельциным. Всю жизнь после этого он ждет, когда снова будет в центре рынка интеллектуальных услуг как их продавец.

Было несколько коротких периодов, когда власть была в руках интеллигенции. Самый известный из них произошел в конце августа – начале сентября 1991 года. Но мы и здесь оказались политическими идиотами. Восходит этот идиотизм к диссидентской парадигме «неполитической политики влияния». Диссиденты на самом деле никогда не хотели брать власть, они желали только оказывать на неё сильное влияние, чтобы без них решения не принимались. Это помешало возникновению в СССР и России политически мыслящей группы оппозиционной элиты. Мы оказались политическими идиотами.

НЕДОЛГИЙ ВЕК ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ ПРЕССЫ

Сегодня серьёзно думающие люди печалятся о том, что трудно найти серьёзно думающих журналистов. В. Гуревич вспоминает о закате умной прессы в нашей стране.

В.Г.:

– Эти процессы берут начало в 1980-х годах, тогда, когда можно было начинать говорить вслух. Организатором этого процесса был Егор Яковлев в газете «Московские новости». Когда её стали вывешивать на публичных стендах (разрешение – через ЦК КПСС), у каждого всегда стояло человек 20.

Газета «Аргументы и факты» выходила тиражом 35 млн. экземпляров. Толстые литературные журналы – сотни тысяч.

Было два канала распространения идей: печатная пресса и публичная аудитория, в которой собирались массы людей. Этот этап интеллектуального бульона продолжался несколько лет, но в 1990-х постепенно всё пошло на спад. Появился рынок с другими законами. И произошла неизбежная трагедия – пресса разделилась на реакционную и либеральную. Она металась между двумя ведущими олигархическими группами и на этом очень сильно потеряла.

И все попытки создать интеллектуальный еженедельник проваливались даже при больших инвестициях.

ОБСЛУГА ВЛАСТЬ

Г. Павловский вспомнил и о консультационном совете при Борисе Ельцине. По его словам, это была странная связка власти и обслуживающих её интеллектуалов.

Г.П.:

– Отбор людей туда происходил по знакомству. В программу Сороса «Гражданское общество» я отобрал тех, кого я знал по неформальному движению, например, Толика Чубайса. Конечно, сверху отсеивали тех, кто недостаточно был восторжен по отношению к хозяину.

В общем, я думаю, что связка эта возникает с того момента, когда интеллектуал уже не может предложить ничего, кроме способности разработать решение, которое ему закажут; когда он приходит с предложением «я сделаю то, что вам надо». Всё это возникает во время смуты, а где смута – там рынок. В течение 1990-1991 годов (и окончательно это было заполировано тандемом Ельцин – Гайдар) складывается следующая ситуация: хозяин как босс занимается политикой, а мы, интеллектуалы, при нем занимаемся всем, кроме нее.

В.Г.:

– Надо понимать, что для интеллектуала очень непростая задача – дойти до людей, с которыми он общается. Я, например, будучи тогда редактором отдела экономики в «Московских новостях», первую пару лет наказывал журналистов за то, что они писали о дефиците бюджета. Читатели не понимали, что это, а как писать об экономике более простыми словами, мы ещё не знали.

Так и для Егора Гайдара и его единомышленников было очень непросто найти общий язык с широкой аудиторией. Отсутствие его – едва ли не половина причины провала. Наш «птичий язык» понимали сотни, тысячи, может быть, миллион человек, но этого было недостаточно. Мы понимали, что не сможем ничего объяснить, а значит – проиграем. В какой-то степени так и произошло. Может быть, это было предопределено, поскольку переход от плановой экономики к рыночной был резким, и никто к этому новому языку не был готов.

ВМЕСТО РЕЗЮМЕ

Отсутствие понятного языка – не причина неприятия массами учения, а следствие его неправильности для этих масс. То, что верно, объяснить всегда можно. Но наши умники были страшно далеки от народа. Они, как и их предшественники, либералы досоветских времён, считали – и, возможно, считают до сих пор,– этот самый народ по-прежнему тёмным и уж никак не дотягивающим до уровня их европейского интеллекта. Что выходит из таких понятий, мы уже видели. Большинство пережило новации упомянутых интеллектуалов на собственной шкуре. Выдержит ли она подобное испытание в будущем?

Наталья Юрина

Опубликовано 02 марта 2018г., 10:11. Просмотров: 1425.

Комментарии:



Эту заметку пока никто не комментировал.



Чтобы использовать комментарии, необходимо зарегистрироваться и/или авторизоваться ВКонтакте.

© 2007-2018 - Газета «Саров». 16+. Главный редактор - М.Ю. Ковалева.
Перепечатка возможна только с разрешения редакции. Ссылка на gazeta-sarov.ru обязательна.
Дизайн - Анна Харитонова. Разработка и поддержка - Олег Клочков.
ТИЦ Яндекс.Метрика