Газета «Саров» Здесь могла быть
ваша реклама!
Здесь могла быть
ваша реклама!

Газета «Саров» - Читальный зал - Дорога в ад

Дорога в ад

Отрывок из романа «Религия бешеных» Картинка
«В этой жизни мой взгляд останавливается теперь лишь на тех глазах, в которых мне навстречу мчится… дорога в ад…»
Однажды в далёкой молодости мы с одной знакомой отправились «стопом» в Москву. Рано утром мы вылезли из придорожной канавы на выезде из Нижнего. Очень быстро остановилась красная «девятка» с люком в крыше. Господин за рулём пустил нас в салон, не проронив ни слова. Только взглянул так, как будто прожёг насквозь наши никчемные душонки… Атмосфера в салоне была не такая леденящая, как хозяин машины. Из магнитофона громко и разухабисто наигрывал прожженный блатняк. Мне сразу показалось, что водитель просто спасался весёлой заковыристой музычкой. Почти через силу пристегнув себя этой цепью к реальности. Во всяком случае, лицо его именно через силу хоть каким-то подобием мимики реагировало на особо удачные и смачные пассажи. Иначе бы он просто заледенел. Позволив своим мыслям утянуть себя куда-то очень далеко… Я коротко глянула на крепкие руки на руле. Пальцы были все в перстнях-наколках. Я чуть улыбнулась про себя. Что, ностальгия гложет?.. Много времени прошло, прежде чем наконец-то наступила тишина. И господин всё-таки остался наедине со своими мыслями. Ольга уснула у меня на коленях. Я, хоть и младшая, осталась охранять её сон. Мне было уже совсем не до сна. Потому что в какой-то момент начало происходить… чёрти что… Мои глаза, блуждая, почти нечаянно наткнулись на лицо водителя в зеркале заднего вида. Взгляд пробежал по нему сначала вскользь. На обратном пути задержался немного. Чуть позже был брошен как бы невзначай, но уже специально. Потом впился в открытую, в упор. И очень скоро всё остальное перестало для меня существовать. Теперь я видела только это лицо. Его лицо… Наверное, он был совершенен. Ему было не меньше 45-ти. Полуседые густые жёсткие волосы были красиво подняты надо лбом кверху и зачёсаны назад. Предельно аккуратная, гордая, благородная, свободная грива. Причёска, с которой он, кажется, не делал ровным счётом ничего. Но которая в этой жизни была уже неспособна хоть в чём-то изменить свой внешний вид. И изменить своему обладателю… Через все житейские бури он так и шёл – с идеальной, царственно-небрежной головой. Не могло существовать двух мнений по поводу «бурь». В его волосах и теперь, казалось, свистел ветер. Я разгадала секрет его… укладки… И только самым неистовым ветрам было под силу так безупречно обтесать монументальную скалу. Так гладко отшлифовать крутейшие отвесы. Так филигранно обработать мелкие трещины. Спрессовать синий лёд в глубоких ущельях до прочности и ясности алмаза… И стихнуть, любуясь созданным монолитом… Не было ни единой черты, ни малейшего жеста, пошедшего бы вразрез с его немыслимым аристократизмом. Во всём его облике была какая-то… почти изысканность, утончённость. Насколько это вообще может быть употреблено по отношению к очень прочному, суровому, крепкому мужику. Это была внешность, которую невозможно просто на себя примерить, на неё работают всю жизнь, она идёт настолько изнутри, что находиться рядом с таким человеком по-настоящему жутко. Как новобранцу рядом с генералом. Это было лицо, по которому можно было читать многотомные романы, черты, которые хотелось пить взглядом бесконечно… И это было молчание, которому можно было… только с трепетом внимать, вслушиваться в него до разрыва барабанных перепонок. Ловя взглядом каждый оттенок его безмолвной неподвижности. Как ловят ученики каждое слово и каждый жест Учителя… И он вдруг этот мой взгляд перехватил. Он резко поднял в зеркало жёсткие тёмные глаза, как будто его толкнули. Он наконец-то почувствовал, что стекло над его головой уже слегка дымится от моего взгляда. Почувствовал сквозь толщу непроницаемой темноты своих холодных мыслей, на дно которой уже успел уйти… И он вернулся в реальность мгновенно. Он с каким-то несформулированным вопросом вдавил свой полыхнувший ярко-синий взгляд в мои глаза. Вдавил, как будто выжал педаль газа. Мои зрачки уже успели срастись с его отражением, я уже не могла – и не хотела - переместить их куда-то ещё. Здесь больше не было ничего, достойного внимания. И у меня было какое-то странное чувство, что я могу себе позволить смотреть на это лицо… И в следующее мгновение он действительно вдавил педаль газа в пол. И трасса Нижний-Москва стала дорогой в ад… Его взгляд ещё затягивал до упора удавку на моём взгляде. А его машина уже отчаянно рванула вперёд. Строго лоб в лоб навстречу колонне грузовиков. Он на бреющем полёте по траектории пули прошёл в сантиметре от тяжёлого борта. Оставив далеко позади кое-как плетущуюся бесцветную беспородную машинку, давно маячившую перед нами. Он лишь на секунду отвлёкся на дорогу. И снова впился глазами в меня. Теперь вопрос читался абсолютно ясно. Он яростно искал хоть тень изменений, тень испуга в моём навсегда примёрзшем к его лицу остановившемся взгляде… И дальше всю дорогу до Москвы мы ехали именно так. На сплошном двойном обгоне, практически по встречной полосе… Это была изощрённая, смертельно опасная пытка. Времени у него было предостаточно, чтобы стереть меня в пыль… Но оказалось, что я была, чёрт возьми, достойна своего палача. Я так и не проронила ни слова… Даже не шелохнулась. Я едва ли пару раз холодно взглянула на стремительно летящую в лицо дорогу. А когда в очередной раз его взгляд опалил меня из зеркала - и вовсе отвела глаза с неуловимо-горьким, почти презрительным движением губ. Не канает… Но всё, что ты смог, - лишь убить меня? Это смешно… Моя эфемерная жизнь несётся сейчас за его безумным автомобилем, как очумевший розовый шарик, бьющийся в воздушном потоке за головной машиной свадебного кортежа. Но даже этим он не сможет… заинтересовать меня надолго… …С тех пор для меня всё, что ниже отметки «160» на спидометре – не скорость. А эти 160 я распознаю и без взгляда на приборы. Просто, когда скорость опять чуть падает, я постфактум обнаруживаю, что только что… замолчала. Я сама не замечаю, что начинаю петь при таких скоростях. От звенящего в крови восторга… Я равнодушно и холодно смотрела теперь чуть мимо узкого зеркала с его впечатанными в лобовое стекло жёстко пылающими глазами. И знала, что хочу только одного. Остаться рядом с ним навсегда… Сегодня я нашла бы слова, чтобы ему об этом сказать. И голос, рушась вниз одновременно с сердцем, утянул бы за собой и моё самое низкое «ми» малой октавы… Обжигающей острой льдиной полоснул бы грудь на головокружительно разверзшемся, почти недостижимом «ре». И канул бы на самое «до»… Но вряд ли бы и тогда он меня услышал. Такой, как он, меня услышит, когда я уже перестану вспоминать о том, что когда-то хотела с кем-то о чём-то заговорить… А тогда он так и не заговорил. А он должен был заговорить первым… Он остался у меня перед глазами навсегда. Блестящий мужчина со взглядом, устремлённым в ад. Мой идеал. Лётчик Гастелло… Мой изящный бандит, мой влюблённый палач… Не проронив ни слова, он рассказал мне всё про свой нестерпимо опасный мир. Про дорогу в ад. На которой, чтобы выжить, надо блистательно наплевать на жизнь. Над которой надо лететь – чтобы не уйти под землю. И в которой надо молчать… если хочешь, чтобы тебя слушались беспрекословно… Я всегда вспоминаю его совершенное лицо в узком зеркале заднего вида… когда самой надо сохранить лицо… Когда сама выхожу на дорогу. Нельзя оступиться. Нельзя дрогнуть. Иначе ноги сами понесут под откос… И в этой жизни мой взгляд останавливается теперь лишь на тех глазах, в которых мне навстречу мчится… дорога в ад…
Екатерина Рысь

Опубликовано 18 января 2013г., 12:06. Просмотров: 2879.

Комментарии:


Николай Анохин Николай Анохин
18 января 2013г., 17:31
Цитировать это сообщение
Катя, молодец! Прекрасно воплотила в рассказ свою мечту, свой идеал! Вот только, по-моему, немного смешала РАЗНЫХ мужиков. Об этом можно догадаться не только по чрезвычайному, просто ошеломляющему обилию метафор и сравнений, но и по простой ошибке (описке?): находятся в явном противоречии "жёсткие ТЁМНЫЕ глаза" и "ярко-СИНИЙ взгляд".
Возможно, я ошибаюсь. Тогда желаю Вам успеха в поиске мужчины, близкого к описанному идеалу...
ОдинИзНас ОдинИзНас
18 января 2013г., 22:28
Цитировать это сообщение
А лечиться не пробовали?
Олег К Олег К
20 января 2013г., 11:21
Цитировать это сообщение
Супер! Екатерина - не даром неоднократный победитель Всероссийского конкурса журналистики. А авторские материалы - это своя стезя.
Олег К Олег К
20 января 2013г., 16:29
Цитировать это сообщение
Цитата:
[ Мой изящный бандит, мой влюблённый палач…


Ты стоишь многих, но я считаю до одного.

Вроде, было так.
Ломтев Ломтев
21 января 2013г., 12:26
Цитировать это сообщение
Катя ОЧЕНЬ талантливый человек. Но редактуры ей всё же не хватает. Порой её (как и многих других пишущих) несколько "заносит", а авторы это самостоятельно иногда не видят, не чувствуют.

Чтобы использовать комментарии, необходимо зарегистрироваться и/или авторизоваться ВКонтакте.

© 2007-2021 - Газета «Саров». 16+. Главный редактор - М.Ю. Ковалева.
Перепечатка возможна только с разрешения редакции. Ссылка на gazeta-sarov.ru обязательна.
Дизайн - Анна Харитонова. Разработка и поддержка - Олег Клочков.
ТИЦ Яндекс.Метрика