Газета «Саров» Бесплатные объявления Медицинский центр «Академия здоровья»

Газета «Саров» - Хобби - «Жозефина Ивановна мерзнет!»

«Жозефина Ивановна мерзнет!»

или Хождение на Саблю
Рассказывать об этом зимнем походе до наступления лета было бесчеловечно…
Картинка
Саровчанин Иван Котов – молодой человек безвозвратно за 40. Есть спортсмены с настолько идеальной закалкой, что внешность их навечно застывает на блистательных 30. А организм стоически выносит нечеловеческие измывательства своего настырного обладателя. Например, такие, как поход в марте по Приполярному Уралу. Альпинист-второразрядник по блату попал в группу нижегородских «полярников», не сумевших совладать с необъяснимой тягой русского человека гулять в окрестностях Воркуты… «Район горного массива г. Сабля Приполярного Урала манит нас не один десяток лет, но не было снаряжения, не было опыта, а с малоопытной группой там делать нечего, Сабля не шутит. В этом году решили – идем! Идем для надежности двумя группами, и в каждой опытные альпинисты. Группу ветеранов (средний возраст – 57 лет) возглавляет КМС по туризму Вениамин Степанович Потемкин. Молодежную группу ведет опытный инструктор Ринат Иксанов, в ее составе без одной вершины два снежных барса». «Нетехнический дневник путешествия на Саблю 2 –14 марта 2013 года». – В Сарове мало людей, которые ходят в зимние походы. Это такой изысканный мазохизм с элементами туризма. Как я понял, «Хождение на Саблю», – рассказывает Иван Сергеевич Котов чудесным летним вечером, – это старинная местночтимая нижегородская туристическая ежегодная забава. А само восхождение – это как «синяя птица», которая не должна быть поймана. Важен процесс. Народ там – кондовые полярники. В этом году один отметил 40 лет своих походов по северу… «Должность в походе и другие причуды» распределились так: «Кроткий участник похода, ответственный за создание неестественных препятствий... Медик с психотерапевтическим уклоном, испытатель образцов обуви (первый опыт прохождения Полярного и Приполярного Урала в ботинках «ПРОЩАЙ, МОЛОДОСТЬ»)... Нежный утренний кормилец, носитель палатки и неучтенного запаса продуктов... Очень любит женщин…» Вредные привычки: «Любит ходить своим путем, но в этом походе был сдержан… Не выпивает и не курит. Неудержимая тяга к власти… Приверженец одежды чукчей (старого снаряжения)... Доктор-коновал (поскольку все мы немного лошади), может снимать похмелье руками…». – Когда подъезжали к Печоре, в поезде градусник показывал температуру за бортом: минус 38! Приехали на первую ночевку в село Новоуральское, что ли, хозяйка говорит: у нас тут все минус 47. На следующее утро решил я выйти на улицу. Первый раз – на 30 секунд. Вышел, фотографию сделал – и обратно. Думаю: да-а… Когда идешь на лыжах – оно попроще. На себе рюкзак 30 кг, санки за собой тащишь – еще 10-15. В гору с саночками забираться тяжело. А с горки они меня обгоняли. А ты к ним привязан – и едешь за ними задом… Картинка«1 день маршрута. Встаем в 17-30 в редком перелеске. Мишин с Языниным кашеварят, Вена, Шура и Жидков лесорубят, в палаточной бригаде все остальные: Лашманов, Котов, Сердцев. Но согласья нет. Валера дважды подходит к Вениамину с вопросом, где у палатки дно. В конце концов, Вена уходит к ним для идентификации дна. Ужин готов, а палатка еще не установлена. Иван вырубает кол под конек палатки, но он оказывается велик, после обрубки он становится мал. Иван вторично вырубает кол, но он опять велик. Из-за дефицита времени решили его не обрубать, поэтому палатку поставили высоко, что при существующем морозе и продуваемом перелеске не очень хорошо. Гардин взял на себя вину за недостаточную работу в подборе кадров (кадры решают все), а Сергей Жидков самоотверженно берет обязательство завтра возглавить палаточную бригаду. Шура загрустил о талантливом пильщике, но Сергей сказал, что он может все и на новом фронте будет нужнее. Все согласились. В палатку залезли только в 20-00. Выпили «сердцевской» перцовки (3 раза), поели гречневой каши с сухарем, попили чаю с печеньем и на 22-00 назначили отбой с ночным дежурством по 1 час 10 минут у печки. В 21-30 Жидков с Потемкиным пошли искать северное сияние, но не нашли и решили посмотреть его в свое дежурство». – Печка из чехла не вынималась, – пополняет Иван Котов список своих грехов. – Засунуть – засунул, а вытащить на морозе не получается. Пришлось зубами эту печку вытаскивать. В общем, мы там прокопались плюс обморозили пальцы, пока за металл хватались. На морозе не чувствуешь… Через три дня таких мучений увидели гору – и тут завьюжило. Дует так, что кожу ветру подставлять нельзя, с рюкзаком валило. Под горой поставили палатку. С вечера до утра палатку полоскало так, что срывало все. Веревками привязали к деревьям, чтоб не унесло, трубу вырывало из печки. А утром вдруг – полный штиль. Горы капризные. «Горы затянуты дымкой, но ветер стих совершенно. Поднялись на первый маренный бугор. Красивый тоскливый северный пейзаж. Солнце еле пробивается сквозь хмурое небо. Внизу лежит тайга, неприглядная и безжизненная. Горы смотрятся сумрачно. Сюда не хочется возвращаться, а в горы идти и подавно». – На горе мы отклонились от маршрута. И вместо того, чтобы выйти на вершину, вылезли на гребень ниже вершины. Потом еще спускались. Половина народа на кошках не ходила, первый раз, поэтому спустились – слава богу. Народ был сильный, но немного неопытный. Я впервые видел местность, на которой невозможно ориентироваться. Редкий лес, островки, болота, привязаться глазу не к чему. Мужики обратно шли на ощупь: проверяли лыжами наст, находили свой старый след и по нему шли. Я был поражен: здоровенное поле, и они выходили туда, куда нужно. Профессионалы… «Подъем в 6-00. Ваня мастерски ведет утреннюю раздачу каши, но для себя разливает в консервную банку из-под тушенки. Вчера при укладке рюкзака он коленкой раздавил свой пластиковый контейнер. Товарищи указали ему на ошибку и подтвердили сказанное старинной русской пословицей, что сдуру можно и хрен сломать. Огорченный Ваня парировал, что лучше бы сломать его, чем лишиться чашки в походе. На что Жидков (он видит во сне по две женщины каждую ночь) категорически не согласился». – Я глупость сделал, что перчатки надел, дня два кочевряжился, потом перешел на рукавицы. Выпендриваться тут нельзя. Ошибку делаешь – это критично сразу. Один у нас чуть обморозил ноги. Еще бы сильнее – мы бы застряли или поход сорвался. Его надо было куда-то девать, обратно возвращать. Я первый день пошел в куртке, не пропускающей воздух. Минус 47, а я весь мокрый, хоть выжимай. А куда девать мокрую одежду? Ставят шест, который держит палатку, и на него вешают ботинки. Утром просыпаешься – ботинки сухие идеально. Одежда сушится на себе, куда-то повесить – никакого смысла нет. Все замерзнет тут же. Я пошел в этот поход, потому что было интересно: как выживает народ в условиях, когда жить нельзя. Есть люди, которые ходят без печки. У нас-то в палатке была плюсовая температура. А есть такие, «беспечные». Полярники кондовые говорят: это полный трындец, мы сами не знаем, как выжили. Один раз ходили с кем-то – все, хватит… Но если надо было выбежать из палатки, я обычно босиком бегал! Три-четыре минуты по снегу босиком я бегаю спокойно. – Вы, знаток айкидо, могли там греться просто мыслью. – Мыслей никаких нет! Чем нравятся мне эти вещи: особо думать некогда. Ты постоянно в тонусе. Чуть рот открыл – на тебя уже орут: что стоишь?! Тем более, я самый младшенький, везде виноват, если что. Пришел на место – у тебя есть еще ресурсы сил, чтобы порубить дрова. И этот ресурс ты тратишь рационально. На лишнее не отвлекаешься. И только когда обеспечил команду, начинаешь делать свои дела. Интересно быть в этих условиях. Военные испытывают свое вооружение при минус 60 градусах. А тут аналогичные испытания для себя устроил. Плюс 28 в вагоне, минус 47 на улице. И начинаешь понимать военных. Даже железо не выдерживает, ломается. А организм человека – он очень устойчив ко всяким переменам. Три дня проходит – и понимаешь, что даже той еды, что дают, тебе уже много. Я обычно мясо не ем, а в походах приходится. И тут в какой-то момент я съел кусок сала – и почувствовал, будто в меня бензин залили. За 10 минут состояние изменилось кардинально. Под конец мы уже просто веселились. Вспомнили Чехова с его крымскими дневниками: мол, устроился я в хорошей квартире, единственное, по вечерам в окно дует, и Жозефина Ивановна мерзнет. Советские литературоведы говорили, что это – неизвестная подруга Чехова. А современные исследователи докопались, что «Жозефиной» Чехов называл свою филейную часть. Так вот своим походом мы доказали: Жозефина Ивановна действительно мерзнет!
Картинка
«9 день маршрута. Подъем в 6-00. В 6-45 обрушили гирлянду ботинок, и началось броуновское движение. Обсуждаем эпиграфы к дневнику похода. Ваня предложил еще два: «Курагу отдай врагу», «Ах как, братцы, я люблю делать дырочки в снегу». Вернулся из бани Ринат. У него ощущение, будто имеющуюся грязь он равномерно размазал по всему телу. Он вернул обработанную редакцию афоризма Ивана про дырочки в снегу: «Напишу поэму желтым на снегу, написал две строчки, больше не могу»… В 22-30 подали состав, и мы неспешно загрузились. Засыпаю с молитвой: «В руце твои, Господи Иисусе Христе Боже мой, предаю дух мой: Ты же мя благослови, ты мя помилуй и живот вечный даруй ми. Аминь».
Екатерина Рысь • Фото - из архива И.С.Котова

Опубликовано 20 июня 2013г., 17:30. Просмотров: 1879.

Комментарии:


Николай Анохин Николай Анохин
20 июня 2013г., 19:03
Цитировать это сообщение
"Умный в гору не пойдёт, умный гору ОБОЙДЁТ!"
Но эти же все товарищи - явно не придурки! Что же их гонит вверх, на мороз, на ветер? Романтика души? Заскорузлость быта? Скука на работе? Очень трудный вопрос. И ответ должен быть очень непрост...
ОдинИзНас ОдинИзНас
21 июня 2013г., 20:00
Цитировать это сообщение
Николай, не ломайте голову, сходите разочек и сами поймете.

Чтобы использовать комментарии, необходимо зарегистрироваться и/или авторизоваться ВКонтакте.

© 2007-2017 - Газета «Саров». 16+. Главный редактор - М.Ю. Ковалева.
Перепечатка возможна только с разрешения редакции. Ссылка на gazeta-sarov.ru обязательна.
Дизайн - Анна Харитонова. Разработка и поддержка - Олег Клочков.
ТИЦ Яндекс.Метрика